Богдан появился на пятый день: на работе они наврали, что у него новомодная болячка с высокой температурой, и от них сразу же отстали — теперь так никто не шутил.
Он снял только обувь и повалился, в чем был, на кровать. И тогда Ирка перенесла кроватку малышки с помощью свекрови в другую комнату и постелила себе на диване.
На следующий день не совсем протрезвевший Богдан плакал пьяными слезами и обещал, что больше это никогда не повторится.
Но даже неискушенной жене было видно, что сейчас ему больше всего хочется выпить: муж продержался чуть больше одного дня.
Потом он опять ушел на трое суток. А когда вернулся, опять упал чуть ли не в пальто на кровать. И потом снова плакал:
— Честное слово, никогда не буду пить! Ты что, мне не веришь?
Ирка молчала, тоскливо глядя в угол: весь ее радужный мирок в одночасье развалился. И что делать, было неясно: она влипла!
На работе пока ждали. Когда Богдан вышел из первого запоя, ему сказали про легенду.
И тогда смекалистый «алкач» быстро сообразил, что это — минимум две недели: значит, время еще есть! И понеслась душа в рай.
Последние дни он пил дома. После выпитого становился агрессивным: смотрел зло мутными глазами, неожиданно перемежал речь матом и был всем недоволен.
И жену, и маму стало трясти. Потому что в один из дней мужчине что-то не понравилось, и он изо всей ду…ри ударил кулаком в эбонитовую аптечку, висевшую на стене еще со времен отца народов — раньше тут жили родители мамы Гали — и выбил из нее кусок. А кулак остался невредимым.
Наутро, придя в себя, объяснил, что так он боролся с невидимым врагом. И Ирка поняла, что, возможно, следующий кулак полетит ей в голову, а еще, почему у свекрови дергается веко.
Время болезни истекло: нужно было выходить на работу. Измученная жена находилась в ступоре. Поднаторевшая в таких случаях мама вызвала знакомого нарколога. И тот быстренько привел Богдана в чувство: наутро тот выглядел, как ни в чем не бывало!
На работе порадовались его выздоровлению и послали на объект: иногда сотрудники строительной фирмы посещали объекты.
И там он то ли упал в котлован, то ли навернулся с лесов, то ли зацепился ногой и обрушил на себя какую-то конструкцию: какая разница — было не до подробностей.
Но факт оставался фактом: очнулся — гипс. И это было не смешно: у мужа оказался сломанным позвоночник.
Что-то подобное произошло с главным героем одного из фильмов с похожим сюжетом. Только там все кончилось хорошо.
Аналогичная история приключилась в эпоху социализма и с известной гимнасткой Леной Мухиной — всеми любимой, популярной и востребованной, которая тогда была нарасхват.
У нее к девятнадцати годам уже было несколько травм, несмотря на которые девушка продолжала выступать: все ее гимнастические номера отличались удивительной сложностью.
В одном из своих интервью, Лена обмолвилась, что очень устала, и у нее мечта — просто полежать и бездумно посмотреть в потолок…
