Но еще обиднее было то, что Марина не забывала, что она жена и мать. Нет, уборку в огромном доме она не делала, но одно из блюд на ужин она всегда готовила сама.
А с ребенком не расставалась ни в мастерской, когда работала, ни на мероприятиях, куда ее приглашали.
Даже в райдере было прописано, что явится она только тогда, если ей предоставят отдельную комнату для ребенка, няни и охранника.
Да и на самих мероприятиях она постоянно сбегала к маленькому Мишеньке.
Терпение Анатоля подходило к концу, а зависть росла пропорционально, если не в геометрической прогрессии.
Задумал он месть. Но чтобы ее осуществить, нужно было, чтобы Маринины капиталы куда-нибудь испарились. Потому что месть должна быть страшной, а еще совершенно законной. И у Марины не должно было хватить денег на приличного адвоката.
— Марина, я решил в благотворительной акции поучаствовать, — сообщил Анатоль как-то за ужином. — Это, конечно, не индульгенция, но карму почистить стоит!
— И я хочу! — воскликнула Марина. — У меня с кармой все в порядке, просто никогда не вредно делать добрые дела!
— Ты со мной поедешь или перевод сделаешь? — спросил Анатоль.
— Наверное, перевод, — произнесла Марина, — у меня все вечера расписаны.
— Вопрос суммы, — Анатоль положил на стол визитку с реквизитами.
— Ну, на хорошее дело жалеть не надо, — произнесла Марина. — Я все со своего счета переведу!
— Щедро! — кивнул Анатоль.
— Пусть в твою карму засчитается! — улыбнулась Марина.
Анатоль только этого и ждал, потому что на следующий день начался а. д.
***
— На следующее утро я, как обычно, поехала в мастерскую. С Мишенькой, естественно.
Охранник нес автокресло с моим сыном. А Мише тогда только полтора года исполнилось.
Зашла я в квартиру, а охранник захлопнул дверь, закрыл замок и сломал ключ в замочной скважине. А ребенок остался у него!
— Анатоль приказал? — спросил Глеб.
— Конечно, — подтвердила Марина. — А потом он подал на развод и на определения места жительства с ним.
Господи, ты бы слышал, что говорил он и его свидетели! Что я … А за него замуж вышла исключительно ради денег.
И он требовал назначить алименты, чтобы я из-за своего порочного образа жизни оказалась в тюрьме, потому что платить ничего не смогу.
А еще он сказал, что для ребенка уже наняты три няньки, специальный детский повар и два воспитателя.
— И суд прислушался к нему, — заключил Глеб.
— У него деньги, а я все спустила на благотворительность, — ответила Марина. — Мне даже адвоката нанять было не за что.
А когда я обратилась за помощью к своим клиентам, с которыми фотографировалась и мелькала на полосах газет, они все от меня отвернулись, потому что светские хроники это одно, и совсем другое, судебный скандал.
— Тебе же, как матери, должны были разрешить видеться с ребенком, — произнес Глеб и замолчал, ожидая ответа.
— Разрешение у меня было, но мне Анатоль лично заявил, что Мише не нужна такая мать!
