— Мамы нет с нами всего триста шестьдесят восемь дней, а ты уже нашел себе новую жену! А как же чувства? Как же велика любовь? Как же семейные ценности? Быстро ты переобулся.
За столом повисла тишина. Она была тяжелой, тягучей, крайне неестественной и какой-то даже нездоровой.
Это казалось Максиму странным, ведь обычно, когда приходят гости, все шутят, смеются, обсуждают что-то. В общем, веселятся, а не сидят, каждый уткнувшись в свою тарелку.
Отец ерзал на своем месте, то и дело бросая взгляды то на сына, то на свою гостью.
Максим ловил на себе эти взгляды отца, а сам старательно показывал, как сильно ему не нравится все происходящее.
Неожиданно Галина подскочила со своего места, схватила в руки свою тарелку и тарелку Степана Андреевича.
— Я посуду помою, а потом чайник поставлю.
Максим тут же возразил, даже из-за стола приподнялся, чтобы его слова были услышаны всеми присутствующими.
— Гости посуду не моют.
Слово «гости» было выделено особым тоном, чтобы эта Галина знала свою место.
Пока она в их доме никто и навряд ли «кем-то» станет.
Женщина присела на свое место, а потом виновато посмотрела на Степана Андреевича. Тот хмурился, комкал в руке салфетку, но молчал.
— А еще не нужно вести себя тут как у себя дома. Вы тут не хозяйка. Вы тут никто.
Максим сказал это и почувствовал стр. ах, закравшийся в душу. Никогда раньше он не позволял себя так вести при отце, а тут вдруг словно из ниоткуда появились у него и храбрость, и решительность. И слова нужные подобрались сами собой.
— Тогда я пойду домой? — растерянно спросила Галина, но Степан Андреевич положил свою руку на нее, давая понять, чтобы она оставалась на месте.
— Ты никуда не пойдешь, — произнес отец, а потом многозначительно посмотрел на сына, — а ты не будешь вести себя как последний хам. Если говорить о том, кто здесь имеет какие-то права, то ты сам — больший никто, чем Галина.
Максим бросил вызывающий взгляд на отца:
— Я уже давно понимал, что я тут никто.
Встал из-за стола, ушел в свою комнату, упал на кровать и уставился в потолок. И почему на душе было так погано? И ведь ничего плохого не случилось, просто отец привел в дом свою подругу.
«Подругу». Даже звучит смешно. Ну какая подруга в пятьдесят лет? Ясное дело, что с этой Галиной отец состоит в далеко не дружеских отношениях.
Даже домой ее притащил. Усадил за семейный стол, за которым когда-то они сидели вместе с мамой, пили чай, смеялись, встречали и угощали гостей. Настоящих гостей, а не таких, как люб.овница.
Максим слышал разговоры в кухне, потом в гостиной, вскоре хлопнула входная дверь. Значит, ушли.
Интересно, отец сегодня снова не вернется домой и останется у своей «подруги»? Или все же явится обратно, чтобы отчитать сына за непристойное поведение?
Максим вышел на кухню. Сел за стол, доел свою порцию мяса с овощами, которые никак не лезли в горло в присутствии этой Галины.
Отрезал себе кусок принесенного ею торта, налил в чашку чай, насладился десертом.
