— Ну и глупо! Имя должно быть красивое, а это — как-то с горем ассоциируется, — не сдавалась Оксана. — Зачем приманивать к мальчишке несчастья?
— Чего ты каркаешь?
— А вы чего даже не посоветовались? Или, может, хотя бы сейчас ещё меня послушаете и поменяете своё решение?
— Да с какой стати-то? Кого ты из себя возомнила? Ты — всего лишь моя младшая сестра! Мелкая, а указания как крупная раздаёшь!
Свекровь, выйдя из кухни, остановила спор сына и дочери:
— Так, всё, хватит лясы точить. Катюша, давай-ка внука мне, а сама приводи себя в порядок. Небось, не терпится в человеческих условиях смыть с себя все переживания. Я вот, хотя уже и Никитушке почти четверть века, до сих пор с содроганием вспоминаю бытовые ужасы роддома. Ладно, воспоминаниями я потом поделюсь. Катюша, ты не волнуйся, давай мне Егорушку, а сама иди, освежайся, а потом приходи на кухню. Мы там стол накрыли, чтобы маленькому нашему не мешать!
— Ой, сюси, пуси, масюси — передразнила маму Оксана, за что незамедлительно получила от неё укоризненный взгляд.
Катя, не вступая с золовкой в полемику по поводу имени сына, незамедлительно воспользовалась предложением свекрови и отправилась в душ.
Наслаждаясь тёплой водой и спокойствием, которое дарят домашние стены, совсем недавно ставшая мамой женщина думала о том, что ей очень повезло и с мужем, и с его роднёй.
Однако к тому моменту, когда Катя, успевшая уложить волосы в подобие причёски и нанести немного макияжа на лицо, вошла на кухню, она моментально заметила, что атмосфера в квартире резко поменялась, и далеко не в лучшую сторону.
***
Свекровь сидела с таким видом, как будто стол накрывала по очень печальному поводу, а не ради встречи невестки с внуком-первенцем из роддома. Оксана не слишком воспитанно крутила пальцем у виска, глядя на брата, а у него щёки полыхали красным цветом.
— Что случилось? — тихо выдохнула Катя, и замерла, испугавшись, что пока она нежилась в ванной комнате, что-то стряслось с ё малышом: — Где Егор? Что с ним?
Никита словно сквозь зубы ответил:
— Всё нормально. Уснул. Мама его в кроватку отнесла.
Оксана ехидно добавила:
— Ага, всё с горюшком — Егорушкой нормально, но что-то очень сильно он на какого-то синьора Лимона похож. Прямо-таки, не ребёнок, а персонаж экранизации Чиполлино. Только я там оленя среди персонажей не припоминаю.
— Прекрати, Оксана, — выпалил Никита, покрасневший ещё сильнее. — Это уже не смешно.
— У Егорчика просто желтушка. У новорожденных это бывает, когда повышен уровень билирубина, — пояснила Катя. — Врач сказала, что это легко лечится.
— Избавь нас от никому не нужных подробностей, Екатерина, — строго приказала Анна Дмитриевна. — И сказки рассказывай кому-нибудь другому. Чужих кровей, тут видно сразу. Я, между прочим, двух детей родила и вырастила, и знаю, как выглядит желтушка, а как — ребёнок от смешения двух рас.
Катя с удивлением смотрела на свекровь, не зная, как и ответить на такое оскорбление.
