— Умеет, — он встал. — Просто не то, что ты любишь.
Поднялся в спальню. В лицо ударил запах бабушкиного сундука — от этих новых штор. Раньше тут пахло ванилью — Анькины свечи…
Плюхнулся на кровать. Закрыл глаза.
Вспомнил, как три года назад они въехали в этот дом. Как Анька развешивала по стенам их фотографии — теперь их нет, мама убрала. Как расставляла повсюду свечи — «Здесь будет уютно, вот увидишь!»
Было уютно. Было…
В дверь поскреблись.
— Игорёк, — мать просунула голову в комнату. — Ты бы поел. На тебе лица нет. Хочешь, пельмешков налеплю?
— Мам.
— Что, сыночек?
— Тебе не кажется, что ты… слишком?
— Что слишком? — она присела на край кровати. — Я же как лучше хочу! Вон, готовлю, прибираюсь…
— А кто тебя просил?
Она замолчала. Он сел, потёр лицо ладонями:
— Кто просил выбрасывать вещи? Переставлять мебель? Командовать в чужом доме?
— Это дом моего сына!
— Нет, мам. Это наш с Аней дом. Был… — он сглотнул. — А теперь что? Её вещей почти нет. Её запахов нет. Её самой…
Голос предательски дрогнул.
— Подумаешь, барыня какая! — фыркнула мать. — Не нравится — пусть идёт! Найдём тебе другую, хорошую девочку…
— Мам, — он резко встал. — Хватит. Просто… хватит.
Спустился вниз. Взял телефон. Нашёл номер.
Гудки били по нервам. Один. Второй. Третий…
— Да?
Голос у неё был усталый.
— Я всё понял, — слова застревали в горле. — Можем поговорить?
Молчание. Потом:
— О чём?
— О нас. О доме. Обо всём… Ань, я скучаю.
Она молчала. Он продолжил:
— Я дурак. Правда. Я должен был раньше…
— Должен был что?
— Сказать маме «нет». Остановить её. Защитить тебя.
В трубке — тишина. Только дыхание.
— Ань, я всё исправлю. Честно. Дом будет наш. Только наш.
— А мама?
— Она поймёт. Должна понять.
— А если нет?
Он сжал телефон:
— Тогда это её проблемы. Не наши.
Пауза. Потом тихое:
— Правда?
— Правда.
— Знаешь, — она помолчала, — я ведь тоже скучаю.
— Приезжай.
— При одном условии.
— Каком?
— В нашем доме будут наши правила. Не мамины. Не папины. Наши.
— Согласен.
Он улыбнулся. Впервые за эти дни.
В кухне загремели кастрюли — мать опять что-то готовила. Пусть. Теперь это не важно.
Важно, что скоро в спальне снова будут ванильные свечи. И сиреневое покрывало. И лёгкие шторы.
И Анька.
Популярное среди читателей
