Марина медленно положила половник на подставку. Звук металла о керамику прозвучал неожиданно громко в уютной кухне. Она вытерла руки о полотенце — старое, застиранное, купленное ещё три года назад. Тогда она тоже отложила покупку нового кухонного текстиля — Олегу срочно понадобились какие-то особенные блёсны для зимней рыбалки.
— У тебя есть свои деньги? — её голос прозвучал неожиданно спокойно, даже как-то отстранённо.
Олег поперхнулся куском хлеба, который только что отправил в рот. В его глазах мелькнуло удивление — обычно жена не задавала таких прямых вопросов.
— В смысле? — он раздражённо махнул рукой. — У нас же общий бюджет. Что за глупости?
Марина медленно опустилась на стул напротив мужа. Их разделял небольшой кухонный стол, но сейчас это расстояние казалось огромным — словно между ними пролегла невидимая пропасть непонимания, копившегося годами.
— Общий бюджет… — она словно пробовала эти слова на вкус. — А ты не заметил, Олег, что этот *общий* бюджет почему-то всегда держится на мне?
— Ну как это на тебе? — он попытался усмехнуться, но улыбка вышла какой-то неуверенной. — Я же работаю…
— Работаешь, — кивнула Марина. — И сразу тратишь всю зарплату на свои увлечения. А потом что? Потом коммуналка, продукты, бытовая химия — всё это ложится на мои плечи. Помнишь антикварные часы, которые ты купил в прошлом году?
Олег дёрнулся, словно от удара. Часы до сих пор стояли в гостиной — массивные, с витиеватыми стрелками. Двадцать пять тысяч как с куста.
— Так они же красивые… И вообще, это инвестиция! — попытался защититься он.
— Инвестиция, — эхом отозвалась Марина. — А дорогущий спиннинг позапрошлой весной? А охотничье снаряжение, которое ты использовал всего два раза? Тоже инвестиции?
Она говорила тихо, но каждое слово било точно в цель. Олег сидел, опустив глаза в тарелку с остывающим супом. На его лице проступили красные пятна — верный признак того, что разговор ему неприятен.
— А помнишь, как я хотела съездить на море прошлым летом? — Марина подалась вперёд. — Что ты мне сказал? «В бюджете нет денег». А через неделю притащил домой новый комплект снастей…
— Ну хватит! — Олег стукнул ладонью по столу. Ложка в тарелке звякнула, по поверхности супа пробежала рябь. — Что ты завелась? Подумаешь, хочу новую удочку купить! Я же для дела, для…
— Для чего, Олег? — перебила его Марина. — Для семьи? Или для своего удовольствия?
В кухне повисла тяжёлая тишина. Где-то за окном проехала машина, мигнув фарами — отблески света скользнули по стенам, словно молчаливые свидетели этого разговора.
— Знаешь, — Марина провела рукой по лицу, словно стирая невидимую паутину, — я так устала быть твоим банкоматом. Устала делать вид, что меня всё устраивает. Что мне не обидно, когда мои желания всегда остаются на втором плане.
Олег сидел молча, крутя в пальцах телефон с застывшей на экране фотографией вожделенной снасти. Его плечи поникли — кажется, впервые за долгое время до него начало доходить, что привычный мир семейных отношений дал трещину.
