Кира пришла, как к себе домой, без всякого приглашения. Я даже не успела понять, как она уже встала в коридоре, скидывая пальто и шагая на кухню, не разуваясь. В воздухе оставался её запах — такой знакомый, но оттого не менее навязчивый. Я не успела даже открыть рот, как она уселась за стол и бросила на меня взгляд, такой лёгкий, как будто я обязана ей что-то.
— Слушай, ну вот тебе зачем эта вся ерунда? — она провела рукой по столешнице, с тем самым выражением лица, которое я знала всю жизнь. — Ты ж одна живёшь. Для чего тебе такие хоромы?
— Да пошла ты, Кира! — сказала я, хотя на самом деле сердце сжалось от её наглости. — У тебя у самой квартира больше в два раза.
Я даже немного рассмеялась, подумав, что это просто очередной её ядовитый фокус. Она ведь всегда так — чуть поежится, поржёт, пошутит с упрёком, чтобы меня раздразнить. Но что-то в её взгляде на этот раз было другое. Такой странный, тяжёлый, будто не ожидала от неё услышать. Я почувствовала, как внутри что-то оборвалось.
— Что ты хочешь сказать? — попыталась я сохранить спокойствие, но в груди уже что-то забилось быстрее, как ритм поезда на перегонке.
— Всё просто, — ответила Кира, с такой непринуждённостью, что мне захотелось спросить её, не сошла ли она с ума. — Отдай квартиру мне. А ты вернись к родителям. Ну, правда, Алина, для тебя тут много места. Слишком много.
И это было как удар по голове. Я стояла, а мои руки почему-то не слушались. Как-то само собой получилось, что слова остались в горле. Она сказала это, как будто речь шла о какой-то бытовой мелочи. Просто забрать, отдать, и всё. И вот так, без всяких объяснений.
— Ты что, с ума сошла? — выдавила я, но даже сама не поняла, почему так сказала. Может, ждала, что она сейчас посмеётся. Что это всё шутка, очередной её способ меня вывести из себя. Но Кира не смеялась. Её глаза были страшно серьёзными. Удивительно, как можно смотреть на человека и не видеть в его глазах ни капли тепла. Только холод. И… отчуждение.
— С родителями тебе будет намного лучше, — сказала она. — Они тебе заменят внимание и заботу мужчины. А я… решу свои проблемы.
И тут всё просто обрушилось. Она, похоже, действительно думала, что я отдам ей свою квартиру. Моё место, мой дом, то, что я наконец-то смогла приобрести, начиная с пустого уголка и строя всё по кусочкам. Это было моё. Единственное место, в котором я чувствовала себя хотя бы чуть-чуть живой. И она — Кира, моя старшая сестра, — предложила мне отдать это так просто. Как будто я должна.
Но я не могла даже ответить ей сразу. Слова застряли, потому что я чувствовала, что если я сейчас скажу что-то не то, то потеряю её навсегда.
Здесь было всё моё — мои вещи, мои привычки, моя жизнь… Здесь я чувствовала себя хоть чуть-чуть в безопасности, как будто стены этого маленького уголка хоть немного защищают меня от всего, что происходит за их пределами.
