— А мне так свекровь её жаловалась, мол, даже борщ варить не умеет!
Майя узнавала об этих разговорах случайно, когда встречала соседку в лифте и та подозрительно оглядывала её с ног до головы. Или когда женщина из соседнего подъезда вдруг начинала сокрушаться.
— Мужу-то угождать надо! А то вот одна молодая тоже так думала, а теперь одна с ребёнком сидит!
Сначала Майя пыталась не обращать на это внимания. Потом говорила об этом Игорю.
— Да это просто бабки, что ты на них смотришь?
Но почему-то эти «бабки» воспринимали его мать как истину в последней инстанции.
Со временем Майя устала. Она больше не пыталась обсуждать это с мужем, не пыталась жаловаться, не пыталась что-то доказать. Она просто варила борщ — так, как считала нужным.
И однажды, стоя у плиты, она подумала «Я так больше не могу».
Она посмотрела на Игоря, который сидел за столом, просматривая что-то в телефоне, и поймала себя на мысли, что даже не злится на него. Ей было просто всё равно.
— Знаешь, я тут подумала, — начала она осторожно.
— Мм? — отозвался он, не поднимая головы.
— Может, переедем?
— Куда?
— В другой район. Или в другой город.
Игорь наконец-то отвлёкся от экрана.
— С чего вдруг?
Майя сделала вид, что задумалась.
— Работа у тебя хорошая, перспективы есть. Я тоже могу найти что-то новое. Да и район тут так себе. Детских садов нормальных нет.
Она не сказала, что причина не в районах и садах, а в том, что она устала жить в постоянном напряжении.
— Да ну, — отмахнулся Игорь. — Мама тут рядом, ей спокойнее, если мы поблизости.
Вот в этом-то и была проблема.
— А если бы у нас появился ребёнок? — тихо спросила Майя.
Игорь задумался. Он вдруг выпрямился и посмотрел на жену как-то по-новому.
— А ты хочешь?
Она хотела сказать, что хочет свободы. Что хочет жить в доме, куда не приходит свекровь без стука. Что хочет ходить по своей кухне, не ощущая за спиной чьего-то пристального взгляда.
Но вместо этого она кивнула.
— Да, может быть.
Игорь задумался.
— Ну, если так, то можно подумать.
Майя кивнула и отвела взгляд.
Она не знала, радоваться ей или бояться.
Но уже на следующий день Надежда Петровна объявила, что устраивает семейный ужин. В дорогом ресторане.
— Игорька повысили! Будем отмечать! — радостно заявила она. — Всей семьёй!
— Мам, а насчёт ресторана это обязательно? — спросил Игорь, но мать уже не слушала.
— Конечно, обязательно! Я же место заказала!
И, повернувшись к Майе, она сказала.
— И ты приходи.
Это было странно. Потому что раньше она её никуда не звала.
И тогда Майя поняла, что это — ловушка.
Майя смотрела в экран телефона, прокручивая сообщение от Игоря
«Мама очень хочет, чтобы ты пришла. Давай без скандалов, просто сходим поужинать.»
Она зажала губами внутренний стон. Это была ловушка, она чувствовала это каждой клеточкой тела. Надежда Петровна никогда не звала её никуда, а тут вдруг семейный ужин в ресторане, где она, конечно же, должна присутствовать.
