— Конечно! С удовольствием помогу вам. Меня зовут Екатерина, когда вам удобно встретиться?
Решение о продаже дома Вера приняла сама, без советов и консультаций. Она понимала, что если скажет мужу заранее, то её решение подвергнут сомнению, начнут убеждать, а может, даже и давить. А ей было важно сделать что-то самой — решительно, по-взрослому, без оглядки на то, что скажет свекровь или даже собственный муж.
Дом продали быстро, неожиданно даже для самой Веры. Пожилая пара, что купила его, сразу прониклась тёплым чувством к участку и старому дому, и всё прошло легко и спокойно. Вернувшись в город после заключения сделки, Вера ощущала странное облегчение, хотя и понимала, что скоро её ждёт тяжёлый разговор с мужем и его матерью.
Семейный ужин у Татьяны Павловны случился через месяц, на её день рождения. Стол был накрыт щедро, гостей было много, и каждый пришёл с улыбками и поздравлениями. Вера сразу почувствовала себя лишней, когда взгляд свекрови холодно скользнул по ней.
— Ну что, Верочка, как там твой домик? — ядовито спросила она, разливая шампанское. — Всё никак не решишь, что с ним делать?
Вера встретила её взгляд спокойно.
— Уже решила, — ответила она тихо.
— И что же ты решила? — в голосе Татьяны Павловны звучал вызов, хотя внешне она старалась казаться безразличной.
— Продала его, — спокойно сказала Вера, глядя свекрови прямо в глаза. — Теперь его нет.
Татьяна Павловна замерла с бутылкой в руке, за столом воцарилась напряжённая тишина. Костя ошеломлённо уставился на жену.
— В смысле продала? — первым заговорил он, нахмурившись.
— В прямом смысле. Дом продан, — твёрдо повторила Вера.
— Ты продала наш дом?! — взвизгнула свекровь так, будто у неё украли что-то ценное. — За моей спиной?
— Это мой дом, — отчётливо произнесла Вера, подчёркивая каждое слово. — Бабушка оставила его мне. Не вам.
Костя встал, растерянно оглядываясь.
— Вер, ну можно же было хотя бы сказать…
— Серьёзно? — Вера впервые повысила голос, обращаясь уже к мужу. — Ты ведь тоже не посчитал нужным предупредить меня, когда с мамой решил, что это теперь ваша общая дача. Или я что-то путаю?
Татьяна Павловна вспыхнула.
— Ну ты и дрянь! Мы для тебя, как родные, а ты…
— Давайте не будем про «родные», — перебила Вера. — Родные не ведут себя так, как вы.
Она резко развернулась и вышла из комнаты. За ней никто не последовал. Даже Костя не двинулся с места, будто не зная, как поступить.
Дом стал для Веры символом её свободы, решения, принятого ею самостоятельно. Впервые за долгое время она ощутила, что сама управляет своей жизнью.
Но именно в этот момент, сидя в машине по дороге домой, она поняла, что это решение может стать поворотным и необратимым. Отношения с Костей уже никогда не будут прежними. Свекровь, вероятно, объявит ей войну. Но почему-то именно сейчас, когда сердце было полно тревоги и неопределённости, она почувствовала себя спокойнее, чем когда-либо.
