— Серёжа? — она распахнула дверь. — Ты чего не предупредил? Я бы приготовила…
— Да какая разница, мам, — он шагнул в квартиру, на ходу снимая куртку. — Я проездом. По работе тут.
Сын прошёл на кухню, сел за стол, привычно положив телефон экраном вниз.
— Чай, кофе? — засуетилась Мария Степановна.
— Кофе давай, — кивнул Сергей. — И разговор есть серьёзный.
Мария Степановна замерла с банкой растворимого кофе.
— Ленка уже звонила? — догадалась она.
— Да, — Сергей барабанил пальцами по столу. — И я против.
— Против чего?
— Продажи квартиры, — он поднял на мать усталые глаза. — Максим её — балласт. Сколько его знаю, вечно у него то стартапы, то кризисы. Ленка из-за него в декрет толком не уходила, тащит всё на себе. А он, видите ли, «в поиске себя».
Мария Степановна поставила перед сыном чашку.
— Так им помочь надо как-то…
— Помочь? — Сергей хмыкнул. — Мам, они проблему не решат, а загонят глубже. Продашь квартиру — где гарантия, что через год не окажутся в той же яме? А ты уже без жилья будешь.
— Так что же, бросить их? — нахмурилась мать.
— Деньгами можно помочь, — пожал плечами Сергей. — У меня есть накопления. И у тебя пенсия откладывается. Но жилье — это последний рубеж. Особенно в твоём возрасте.
Мария Степановна отвернулась к окну. Там, во дворе, Семёныч всё гулял с собакой. Ритуал, неизменный уже лет пятнадцать.
— Знаешь, Серёж, — тихо сказала она, — мне тут хорошо. Я каждый уголок знаю, каждую трещинку. Аптека рядом, соседи все свои… А там что? Москва эта ваша, муравейник…
— Вот и я о том же, — кивнул сын. — Понимаю, внуки. Но лучше пусть они к тебе приезжают, чем ты там четвёртой лишней будешь.
***
Телефон зазвонил в половине одиннадцатого вечера. Мария Степановна с трудом нащупала его на тумбочке.
— Алло?
— Мама! — голос Лены звенел от напряжения. — Ты что, Серёжку на меня натравила? Он мне тут названивает, нотации читает! Я, значит, непутёвая, а он святой?!
— Лена, успокойся… Он просто заехал…
— Заехал он, как же! — перебила дочь. — В жизни бы не заехал, если б я тебе не позвонила! Десять лет не появлялся, а тут вдруг любящий сын нарисовался! И что он тебе наговорил? Что Максим плохой? Что мы деньги просто так просим?
— Да ничего он…
— Не защищай его! — в трубке послышались всхлипы. — Легко ему рассуждать из своего коттеджа! А у нас тут… Банк уже звонит каждый день! Детей в школе задирают, что они одежду с секонда носят! Мам, ты же сама знаешь, каково это — когда денег не хватает…
Мария Степановна знала. Муж умер рано, детей растила одна, на зарплату медсестры. Концы с концами сводили еле-еле.
— Знаю, доченька, — вздохнула она.
— Тогда помоги нам! — в голосе Лены появились умоляющие нотки. — Это же не навсегда! Продадим твою квартиру, закроем ипотеку. А потом, когда встанем на ноги, купим тебе квартиру в Москве! Рядом с нами! Будешь с внуками водиться…
— А если не встанете?
— Мама! — Лена уже не скрывала слёз. — Ты что, не веришь в нас? Думаешь, мы тебя на улицу выгоним? Я твоя дочь! Как ты можешь?..
***
