Марина Викторовна вздрогнула, когда телефон пиликнул уведомлением из банка. Сумма перевода была на 60 тысяч меньше обычной. Она быстро открыла приложение и уставилась на экран, словно цифры могли измениться от её пристального взгляда.
— Что за ерунда? — пробормотала она, нервно постукивая ногтем по экрану.
Ей 35, но последние три года после развода с Игорем она привыкла к определённому порядку: 40 тысяч алименты на их 12-летнего Кирилла и 60 тысяч на аренду двушки в Химках. Плюс её нерегулярные подработки корректором в издательстве «Московская строка» — тысяч 20 в месяц. Жить можно, даже на маникюр в «Пальчики» хватало раз в две недели и абонемент в бассейн «Дельфин».
Марина немедленно набрала номер бывшего мужа.
Пока телефон выдавал гудки, перед глазами Марины всплыла картинка из детства. Ей десять, она сидит на кухне в их старой квартире в Саратове. Мама гладит белье, а по телевизору идет какой-то сериал.
— Мам, а почему тетя Света ушла от дяди Коли? — спрашивает маленькая Марина, болтая ногами на высоком стуле.
Мать выключает утюг и смотрит на дочь внимательно.
— Потому что он не мужчина, вот почему. Настоящий мужчина должен обеспечивать семью, а не просить жену работать на двух работах.
— А папа обеспечивает?
— Конечно, — мать улыбается, но как-то натянуто. — Иначе я бы с ним и дня не прожила. Запомни, Мариночка, если мужчина не может содержать семью, грош ему цена. Ты должна найти такого, кто будет заботиться о тебе всю жизнь.
Воспоминание оборвалось, когда в трубке раздался голос Игоря.
— Игорь, ты что, ошибся с переводом? Почему на 60 тысяч меньше? Тут только алименты.
Пауза на другом конце трубки затянулась.
— Марин, я хотел поговорить. У меня сейчас сложная ситуация. Ты же знаешь, у нас с Настей уже двое малышей.
— И что? — Марина почувствовала, как внутри всё сжимается. — При чём тут твои новые дети? У тебя обязательства перед Кириллом.
— Алименты я плачу полностью. Но аренду… Настя считает, что это неправильно. Мы сами снимаем трёшку за 90 тысяч в Бутово, плюс няня, плюс садик для Миши…
— Меня не интересуют твои расходы на новую семью! — отрезала Марина. — Мы договаривались!
— Это была временная мера, пока ты не найдёшь нормальную работу, — голос Игоря звучал устало. — Прошло три года, Марин.
Положив трубку, Марина принялась нервно ходить по квартире. Из комнаты выглянул Кирилл.
— Мам, что случилось?
— Ничего, солнышко. Папа просто… экономит на нас.
Вечером Марина позвонила своей лучшей подруге Ольге.
— Представляешь, эта его Настя требует, чтобы он перестал платить за нашу квартиру! А у неё Cartier на запястье и сумка Louis Vuitton! Я видела фотки.
— Может, подделки из ГУМа, — хмыкнула Ольга. — Слушай, а почему ты до сих пор на полставки работаешь? Кирилл уже большой.
— Ты что, тоже против меня? — обиделась Марина. — Я, между прочим, ребёнка воспитываю одна! Когда мне работать на полную ставку?
— Ну, моя племянница одна двоих тянет и ничего, менеджером в «Связном» пашет.
