Анна вышла из зоны прилёта, ловя ртом влажный вечерний воздух. Две недели на море — и вот она снова дома. В такси, пока водитель болтал о пробках, о том, как резко похолодало в её отсутствие, она закрыла глаза и представила: горячая ванна, любимый плед, тишина.
— Вы прям как с картинки — отдохнувшая такая, — улыбнулся таксист, ловя её взгляд в зеркале.
Анна кивнула, не вдаваясь в разговор. В голове крутилось одно: Наконец-то дома.
Ключ в замке провернулся слишком легко. Будто его недавно смазывали. Анна на секунду замерла — странное ощущение, но, наверное, показалось.
И тут её ударил запах. Жареных котлет. С луком и чесноком.
— Что за… — Анна резко распахнула дверь.
В её квартире, где две недели не должно было быть ни души, явно кто-то готовил. Причём прямо сейчас.
— Максим? — позвала она сына, скидывая туфли. — Ты здесь?
Из кухни вышла… Галина Петровна. Бывшая свекровь. В фартуке в горошек, с половником в руке.
— О, Анечка! — женщина широко улыбнулась. — А я думала, тебя ещё неделю не будет!
Анна открыла рот, но не смогла выдавить ни слова.
— Галина Петровна… что вы здесь делаете?
— Как что? — свекровь удивлённо подняла брови. — Живу! Максим сказал, ты надолго уехала, квартира пустует. А мне как раз жильё нужно было. Вот он меня и пустил. Временно!
Анна медленно оглядела прихожую. На вешалке висело чужое пальто. На полу — собачья миска.
— У вас теперь собака?
— Да, Тоша! — Галина Петровна заулыбалась. — Маленький такой, пекинес. Не волнуйся, он воспитанный!
Анна сжала ручку чемодана так, что пальцы побелели.
— Проходи, проходи! — Галина Петровна жестом пригласила её вглубь квартиры, будто это она была хозяйкой. — Я как раз котлеты дожариваю. С картошечкой!
Анна стояла в прихожей, будто гостья в собственном доме.
— Так, — прошептала она себе. — Спокойно. Сейчас разберёмся.
Но где-то в глубине души она уже понимала: никакой ошибки нет. Есть сын, который «пожалел бабушку». И есть она, Анна, которая вернулась из отпуска прямиком в оккупированную территорию.
Анна прошла в гостиную, и её ноги словно приросли к полу. Всё было не так. Совсем не так.
Её любимое кресло, всегда стоявшее у окна, теперь теснилось в углу. Журнальный столик, на котором она раскладывала свежие журналы, был сдвинут к стене. Даже телевизор развернули в другую сторону. А на стенах… На стенах висели новые картины — какие-то безвкусные натюрморты с огромными розами и виноградом.
— Галина Петровна, — Анна с трудом контролировала дрожь в голосе, — что это всё значит?
— А что? — бывшая свекровь беззаботно взмахнула рукой. — Я тут немного порядок навела! По фэн-шую, знаешь ли. Теперь энергия правильно циркулирует!
Анна почувствовала, как по её телу разливается что-то горячее и густое — чистая, концентрированная ярость. Она резко повернулась и прошла в спальню.
То, что она увидела, заставило её вскрикнуть:
— Где моё покрывало?!
