— Так это же твоя благоверная всех обстирывает, ты для этого ее и брал к себе.
Михаил ничего не сказал, взял на руки дочь и ушел. Было ясно — Надежда ревнует и бесится. Ну, а как же — Антонина моложе и ярче ее, к тому же выглядит стильно и опрятно, а шансов у Нади вновь выйти замуж практически нет, потому что она неряха. Ну почему у Надежды такая врожденная лень? Хотя есть один плюс — если бы не ее лень, Михаил не встретил бы свою любимую Тонечку. Он Антонине, конечно, не скажет, как язвила в ее адрес Надя, зачем настроение портить. Зато тет-а-тет ей рассказала Даша, которая была свидетельница того самого разговора. По-детски рассказала, как умела.
— Мамка сказала папке, что ты уборщица и повариха, поэтому папа с тобой живет.
— Даша, это нормально, чтобы дома хозяйка убирала и еду готовила. Разве это плохо?
— Хорошо! А у нас бабушка готовит, мама отдыхает на диване.
— Ну у нас нет такой бабушки, поэтому готовлю я.
— А ты вкусно готовишь, бабушка так не умеет. Иногда мухи в тарелку попадают.
Антонина поморщилась и промолчала — ну зачем ребенку гадости говорить о маме и ее родителях? Это удел взрослых людей.
— А еще мама папе сказала, что папа тебя не любит, а маму любит.
Антонина вздохнула и опять промолчала. Ну что несет эта Надя? Что ей нужно? Противно слышать это от ребенка, будто какой-то посредник, навостривший уши. Или все это Надя специально при ребенке говорит, чтобы Даша все Антонине предавала, а та знала свое место. Ну не дождется эта неряшка, не на ту напала.
Уже чуть позже Антонина из Михаила понемногу вытягивала подробности этого разговора, но он отвечал нехотя, будто отмахивался от этой беседы, отшучивался. Но дальше — больше, с каждой новой встречи Даша становилась неуправляемая. Она уже не ласкалась и не обнимала Антонину, все ее внимание переключалось на отца. Она говорила неприятные для Тони фразы, причем, нарочито громко:
— Мама сказала, что хотела бы жить вместе в этой квартире: ты, я и мама! Нам всем было хорошо тогда. Правда?
— Может, не знаю, — Михаил тоже не хотел впутывать дочь во взрослые дела.
— А зачем ты нашел тогда эту Тоньку? Выгони ее и давай жить вместе с мамой. Я же твоя доченька, а семья должна быть вместе. Выгони Тоньку!
— Ты шутишь? Тоня моя жена, а с твоей мамой я уже не семья.
— А давай опять будем семьей и выгоним Тоньку?
— Даша, не смей так говорить! Замолчи сейчас же!
Подобные разговоры начали раздражать не только Антонину, но и Михаила. Он стал сердиться на дочь, ругал ее, но она рыдала и отвечала:
— Мама так и сказала, что ты променяешь меня на эту уборщицу! Не хочу тебя видеть! Отведи меня к маме и никогда не забирай!
— Вот так я и сделаю!
