— Ну, вот мы и готовы ехать в гости к бабушке! — завязав на хвостиках по пышному розовому банту, Елена отступила на шаг с нежностью посмотрела на дочку.
Какая красавица! Просто маленькая принцесса! И платье выбрала Мариночке в тон глаз — тоже зелёное. Глаза… Да, пожалуй, это было сейчас главное, в чём она очень-очень была похожа на своего отца. Грусть царапнула сердце — если бы только он был жив, то всё сложилось бы совершенно иначе! Но через мгновение Елена мысленно одёрнула себя — не время раскисать, когда им предстоит такое важное дело!
А дело было действительно важным — её и дочку бабуля пригласила на юбилей. И такой шанс наладить отношения нельзя было упускать, потому что обыкновенно в последнее время, а точнее — в эти три года, минувшие со смерти Григория, Валентина Петровна не особо то жаловала приёмную ночь и не упускала ни единого шанса напомнить, как она бездарно, неправильно, невыгодно и вообще ошибочно распорядилась своей судьбой!
Ещё через пять минут со сборами совсем было покончено и мать с дочкой спустились с третьего этажа пятиэтажного дома и укрывшись вдвоем под большим зонтиком смешной расцветки — на нем были изображены аквариумные рыбки, поспешили под дождем к остановке.
Валентина Петровна жила в пригороде, в большом, добротном частном доме, построенном ещё её мужем — Борисом. Она овдовела много лет назад, вскоре после того, как в семью была взята девочка из детдома — Елена.
Дело было в том, что Борис всегда хотел семью большую, многодетную, но здоровье супруги преподносило один неприятный сюрприз за другим, в результате чего первенец — Света, стала поздним ребенком… И как выяснилось — единственным родным, потому что Валентина больше не могла родить. Тогда и приняли решение — брать малышей из детдомов, общим числом в планах до пяти человек! И начать решили с сестрёнки для Светика. А потом… В общем, внезапная гибель Бориса в автокатастрофе перечеркнула все планы и Валентина осталась без счастливой, спокойной семейной жизни… И с чужим ребёнком на руках!
Да, она никогда мужу этого не говорила, но лично она не была в восторге от идеи брать приёмных детей… Но во имя любви к нему готова была поступиться своими принципами. Теперь же… Естественно, пришлось оставить в семье Елену, которая уже была удочерена по всем правилам и успела прожить с ними целых два года!
Светлана была младше сестры на год и ей на момент того трагического события было семь. Поднимать двоих детей в одиночку было непросто, но… Не оставляли без помощи родственники, да и наследство муж оставил приличное, так что Валентина продолжила работать как и прежде — в отделе кадров одной фирмы на полставки.
О собственном детстве Елена не могла бы отозваться совсем дурно… Хотя бы потому, что она помнила детский дом — этот постоянный холод одиночества, глухое и бездонное одиночество маленького ребёнка, уже слишком, слишком хорошо понимающего, что вокруг — нет никого по-настоящему родного! И когда у неё появился шанс… Ох, что же тогда творилось с Еленой!
