— Да у меня и в мыслях не было! — на грани слёз защищалась Елена.
— Ну, конечно, — хмыкнула Света. — Думаешь, я не понимаю, зачем ты мне деньги дала? Да ты просто хотела в доверие к нашей семье втереться… Хотела, чтобы мы забыли, как ты с нами всеми поступила!
— К вашей семье? С вами поступила? — в полном шоке переспросила Елена.
И Светлана объяснила — она сказала, что они — не одна семья и это не обидное, а просто реальный факт, потому что кое-кто приёмная! И добавила, что Елена действительно повела себя безответственно, когда решила выйти замуж и родить ребёнка, да потом ещё просить помощи, хотя знала, что должна рассчитывать только на себя! Вообще, после этого разговора Лена мало что понимала… Все сказанное казалось ей путаницей, эдаким набором слов и фраз, оставивших горькое, отравляющее послевкусие, которое разрушало… Просто разрушало то многое хорошее, тёплое, что раньше их семью связывало!
После этого случая они надолго не то, чтобы совсем прекратили общение, но сократили его. Елена старалась держаться — не показывала никому, как ей плохо… Только вот, за внешней маской спокойствия скрывалась тревога и она никак не могла отделаться от тягостных размышлений о том, что же с ней не так? Чем она так плоха сейчас и всегда была плоха для Валентины? Неужели конкретно и только тем, что она — приёмная? Это было бы ужасно… Потому что означало бы, что у неё нет шансов… Наступила осень. И Валентина позвонила, чтобы пригласить Елену на юбилей.
— Все родственники будут, — сказала она. — Ты тоже приходи, а то… В общем, приходи!
Елена в уме сказала самой себе, что возможно, зовут её чисто ради приличий — как объяснишь гостям, что нет приёмной дочери в гостях?! Но ей было всё равно! Потому что в сердце опять поселилась надежда на то, что всё наладится! И сперва казалось, что этот праздник — он и правда растапливает лёд между ними… Гости ели, болтали…
— А где Марина? — спросила Елена у кого-то, потому что дочка вдруг пропала из поля зрения.
Вообще, тревожиться особо не стоило — за ворота выйти не могла, но Лена все равно решила её поскорее найти. Обошла сад, вошла в дом… А потом пошла, нет — побежала на звук, доносящийся из одной из комнат. Распахнула дверь… Дочка!
Мариночка стояла и плакала, а рядом, ругаясь, стояла Валентина. На полу — лежали осколки декоративной тарелки. Лена сразу узнала её — это была одна из тарелочек, которые Валентина любила привозить из поездок в санатории и дома отдыха в качестве сувениров. Оказалось, малышка убежала из-под присмотра матери и увидев такую красоту на полочке, решила посмотреть…
Лена спешно встала между Валентиной и дочкой. Она извинилась за то, что натворил ребёнок и попросила, пожалуйста, больше её не ругать, потому что разбитая тарелочка, это, конечно, плохо, но того не стоит!
— Не стоит? — усмехнулась недобро Валентина. — Ну, конечно! Что бы понимала… Ладно… Уведи её отсюда! И присматривай лучше… А то, чего ещё от неё ждать, а? Дочка то твоя… Ты уж не обижайся, а только не родная она нашей семье!
