Зима в Кипельске была настоящей. Снег, глубокий и хрустящий, укрывал город, превращая его в открытку с рождественскими видами. В воздухе пахло хвоей, где-то вдали слышались голоса колядующих детей. Город готовился к празднику, но Лере было всё равно.
Она лежала в сугробе на окраине главной площади. Снег облепил её волосы, лицо побледнело от холода, глаза были закрыты. Её лёгкое дыхание почти терялось в морозном воздухе. Прохожие, занятые своими делами, проходили мимо, не замечая её. Кто-то украдкой смотрел, но не останавливался.
— Девушка? — раздался дрожащий мужской голос. — Вы меня слышите?
Леру осторожно тронули за плечо. Она не реагировала. Небольшой пожилой мужчина в тяжёлом пальто нагнулся ближе, прислушался.
— Скорая нужна, — пробормотал он, достав из кармана телефон. — Тут девочка в снегу лежит. Живая, но молчит.
Скорая приехала быстро, сирена разорвала спокойный вечер. Двое фельдшеров аккуратно подняли Леру на носилки и укрыли тёплым одеялом. Пожилой мужчина остался стоять в стороне, глядя, как машина скрывается за поворотом.
В больнице Леру обследовали. Медсестра, проверяя пульс, пожала плечами:
— Ничего серьёзного. Переутомление, возможно стресс. Чудо, что она не замёрзла.
На следующее утро Лера сидела на краю больничной койки, смотря в окно. Врач, заполняя документы, сказал будничным голосом:
— Мы вас отпускаем. Побольше отдыхайте, поменьше волнуйтесь. Такие вещи — это сигнал, что нужно сбавить обороты.
— Спасибо, — тихо ответила она, надевая пальто. Но в её голове пульсировала только одна мысль: как ей теперь возвращаться домой?
На улицах Кипельска всё ещё пахло праздником. Лера шла по тротуару, стараясь не смотреть на светящиеся гирлянды и украшенные окна. В памяти всплывал дом, который она совсем недавно делила с мужем Артёмом. Их квартира, уютная и тёплая, теперь казалась ей чужой.
Она вспомнила последние дни. Ссоры, недомолвки, его раздражение. «Ты всё время недовольна», — говорил он. А она отвечала: «Я устала, ты этого не понимаешь». В его взгляде всё чаще мелькала усталость, а в её сердце росло чувство пустоты.
Снег хрустел под ногами, но Лера не замечала. Она думала о том, что её жизнь, когда-то казавшаяся полной, теперь казалась расколотой. Вопрос стоял ребром: продолжать ли бороться за этот брак или сдаться?
Лера шла по заснеженному тротуару, глядя себе под ноги, и в её голове роились мысли. Всё казалось зыбким и беспорядочным, как этот снег, который то поднимался вихрями, то опускался тяжёлым грузом. Её жизнь больше напоминала этот зимний вечер — холодный, серый, бесконечный.
Она вспоминала, как несколько лет назад всё было иначе. Когда они с Артёмом только поженились, её не смущали ни его нестабильные доходы, ни его мечты стать великим художником. Она даже находила в этом что-то романтичное — жизнь, полная идей и свободы. Но теперь романтика исчезла, оставив только бесконечные счета, пустой холодильник и постоянное чувство усталости.
