— Твой сосед либо пошутил, либо решил устроить тебе испытание, — перебила его Лера. — В следующий раз читай таблички на дверях.
Парень отчаянно кивнул, пятясь назад.
— Ещё раз извините. Правда, я не хотел…
— Ладно, — махнула рукой Лера, разворачиваясь к своей комнате. — Только не повторяй это, иначе девушки тебе этого не простят.
Она услышала, как он тихо выдохнул с облегчением, и чуть было не рассмеялась.
Через несколько дней они снова пересеклись в коридоре. На этот раз он подошёл к ней сам.
— Ты, кажется, живёшь на втором этаже? — спросил он, переминаясь с ноги на ногу.
— И что? — Лера прищурилась, глядя на него.
— Хотел извиниться ещё раз за тот случай, — сказал он. — Может, угостить кофе в знак примирения?
Лера улыбнулась.
— Угощать кофе за то, что ты перепутал двери? Интересная логика.
— Ну, это же оригинально, правда? — усмехнулся он, протягивая руку. — Артём.
— Лера, — ответила она, пожав его руку.
Вспоминая это, Лера невольно улыбнулась. Их роман развивался стремительно. Он учился в архитектурном институте, она — на филфаке, но их комнаты были на одном этаже. Они часто сталкивались, сначала случайно, а потом уже по обоюдному желанию. Артём был настойчивым, но не навязчивым: приносил ей утренний кофе, провожал до занятий, даже научился готовить её любимую гречневую запеканку.
Через несколько месяцев они решили, что жить в одной комнате будет проще и уютнее. Это был самый счастливый период в её жизни. Они вместе устраивали вечера кино, планировали будущее, смеялись до слёз над мелочами. Всё казалось таким простым и настоящим.
Но то время казалось бесконечно далёким. Лера опустила взгляд на чай, пытаясь удержать себя от слёз. Где-то в глубине души она всё ещё любила того Артёма — мечтателя, который дарил ей кривые рисунки, делал сюрпризы и заставлял её смеяться. Но был ли он тем же человеком сейчас?
Её сердце разрывалось между прошлым и настоящим. Её воспоминания напоминали о том, почему она когда-то выбрала его. Но была ли у них надежда на будущее? Или всё, что они построили, осталось в тех старых общежитских стенах?
Вечер опускался на Кипельск вместе с первыми звёздами, которые едва пробивались сквозь заснеженные облака. Лера, откидывая мех капюшона, с трудом поднималась на третий этаж с двумя тяжёлыми пакетами. Холодный воздух всё ещё щипал лицо, а пальцы замёрзли даже сквозь перчатки.
Дверь открылась с первого поворота ключа, и из квартиры раздались оживлённые голоса. Лера замерла на пороге. Она знала этот тонкий смех Артёма, но второй голос был ей незнаком.
— Ты что, помнишь, как я тогда чуть не провалился под лёд? — раздалось из кухни. — До сих пор иногда снится!
— Конечно, помню, — ответил Артём. — Ты же тогда ещё умудрился повредить наши удочки! Все говорили, что у Олега руки не из того места растут!
