— Через час приедет Ольга с мужем и детьми. Собирайте вещи и освободите комнаты! — Тамара Петровна щелкнула замком шкафа, доставая перьевой пылесборник, хотя на полках не было ни соринки.
Максим поперхнулся чаем, едва не уронив кружку. — Куда нам идти в полночь, мам? Это шутка?
— Шутки кончились, когда вы год назад въехали! — Свекровь махнула рукой, будто отгоняя назойливую муху. — Такси уже вызвала. Через двадцать минут здесь будут мои внуки.
Виктория молча сгребла в сумку свою косметику с тумбочки. Её пальцы дрожали, цепляясь за флакон духов — подарок Максима на годовщину. Всего полчаса назад она радостно месила тесто для пирога к завтрашнему юбилею свекрови. Теперь же кухня, где ещё пахло корицей, напоминала поле боя.
— За что? — Максим схватил мать за локоть, но та вырвалась, поправляя шёлковый шарф. — Мы же оплатили ремонт, продукты…
— Ольге с тремя детьми тесно в хрущёвке! — Тамара Петровна вдруг смягчила голос, погладив сына по щеке. — Ты же не оставишь племянников без крыши? Всего на пару недель, пока им квартиру найдут.
Сумки грохнулись о плитку подъезда. Виктория прислонилась к холодной стене, глотая декабрьский воздух. Фонарь мигал, бросая жёлтые блики на сугробы. Где-то за спиной раздался скрип — соседка с пятого этажа высунулась, тут же захлопнув дверь.
— Представляешь, Ольга приедет на моей машине? — Максим нервно тряс ключами. — Вчера просила «на день», её иномарка в сервисе, на ремонте…
Три года назад…
— Вика, тебя шеф вызывает! — Артур, староста группы, подмигнул, указывая на кабинет с табличкой «Главный инженер».
Виктория поправила прядь волос, выпавшую из строгого пучка. На практике в «Технополисе» она выкладывалась на 200%: чертила схемы до ночи, первой приходила на испытания. Куратор Максим Семёнович ценил её усердие, но сегодня его взгляд был странно мягким.
— Отличная работа с гидравлической системой. — Он подвинул вазу с орхидеями, будто освобождая место на столе для невидимых аргументов. — Хочу предложить… Нет, попросить. Составить мне компанию в «Лавандовом кофе»?
Кафе оказалось уютной пещерой с книгами вдоль стен и запахом имбирного печенья. За чашкой латте Максим Семёнович, он же Максим, рассказал, как в 25 лет возглавил отдел, стесняясь своей молодости. Как собирал модельки кораблей и мечтал о кругосветке. Виктория смеялась над его пародией на декана, не замечая, как сливки в латте остывают.
— А теперь вопрос на миллион. — Максим вдруг замолчал, вертя в пальцах салфетку. — Вы согласитесь… То есть, не против ли вы… посетить мою дачу в Сосновом Бору? Там отличное место для шашлыков.
— Только если вы станете моим официальным дегустатором чизкейков. — Виктория улыбнулась, ловя солнечный зайчик на серебряной ложке.
Переезд к Тамаре Петровне казался удачей. Двухкомнатная квартира на проспекте Мира с высокими потолками и лепниной — мечта после съёмных клоповников. Виктория с восторгом рассматривала старинный сервант с хрусталём, пока свекровь объясняла правила:
