Алена провела взаперти три долгих, мучительных дня. Сначала Наталья Федоровна пыталась уговорить ее, льстиво расписывая преимущества семейного владения имуществом, уверяя, что все это ради блага их семьи и будущего детей, которых и в проекте не было. — Аленушка, ну что тебе стоит? Перепиши квартиру на Валерочку. Что тебе жалко, что ли? Он же муж твой, семья! Все равно все общее будет. Зато представь, как он обрадуется! Ему же нужна уверенность, чтобы крепко стоять на ногах. А так он будет знать, что есть надежный тыл, будет стараться для семьи вдвойне! — щебетала Наталья Федоровна, заглядывая Алене в глаза. Алена, скрестив руки на груди, отвечала твердо: — Нет. Квартиру я переписывать не буду. Она куплена моими родителями, и я не вижу причин, почему Валера должен ею владеть. — Ну что ты упрямишься? Подумай о будущем! В семье все должно быть общим. Вот родится у вас ребенок, как вы будете жить, если каждый будет тянуть одеяло на себя? А так Валера будет знать, что у него есть своя крыша над головой, и будет заботиться о вас и о ребенке. Ну, что тебе стоит, а? Затем, когда уговоры не помогли, в ход пошли угрозы. Свекровь кричала, обзывала Алену, пугала тем, что расскажет Валере какую-то страшную правду о ней и заставит развестись. — Ты думаешь, ты такая уж хорошая? Думаешь, Валерка тебя сильно любит? Да я ему глаза открою! Расскажу, какая ты на самом деле! Он у меня еще спасибо скажет, что я его от тебя избавила! И что ты тогда будешь делать? Куда пойдешь? — кричала Наталья Федоровна, брызжа слюной. — Вы мне надоели! Домой я к себе пойду! Хватит меня шантажировать, ваши угрозы мне до одного места! И вообще, где Валера? Почему он сам со мной не разговаривает? Он же мой муж, вы же на это напираете. Скажите ему, чтобы он пришел сюда и посмотрел мне в глаза! — кричала в ответ Алена. — Валерка занят, он работает, а ты тут дурью маешься! И нечего его дергать по пустякам! Он у меня и так из-за тебя весь извелся. Лучше бы послушала меня и сделала, как надо. Иначе пожалеешь! Но Алена стояла на своем. Она не собиралась отдавать квартиру, купленную ее родителями, в руки этих манипуляторов. — Я никогда не перепишу квартиру на Валеру! Можете кричать, угрожать, делать что угодно. Я не сдамся! — говорила Алена твердо, глядя в злобные глаза свекрови. Валера все так же молчал. Он не появлялся, не пытался поговорить с Аленой, не заступался за нее. Его молчание было самым страшным предательством. Алена поняла, что он полностью подчинен матери и сам, возможно, желает заполучить ее квартиру.
***
