Но ароматный кофе поднял настроение, взбодрил. Гальцев рассказывал смешные случаи из жизни, анекдоты, пытаясь её развелись. И Жанна, наконец, рассмеялась его глупым шуткам. Потом на столе появилась открытая бутылка вина. А почему бы не выпить? Вино казалось приятным, согрело душу и тело изнутри. От грусти не осталось и следа. Настроение постепенно поднялось, будущее уже не казалось таким беспросветно одиноким. А мужчина напротив нравился всё больше.
Жанна не заметила, как рассказала про утреннюю ссору с сыном, его уход из дома. Что она не видит больше смысла в своей жизни. Внуки? Да, есть, в Германии, она его никогда не видела. Под сочувствующим взглядом Гальцева, она пустила слезу, но вовремя спохватилась, вытерла салфеткой глаза.
Потом, покачиваясь и опираясь на его руку, она вышла из кафе. Стемнело, асфальт поблёскивал от дождя. Гальцев открыл перед ней заднюю дверцу такси. И когда только успел вызвать? Впрочем, какая разница. Хотелось скорее лечь в постель и уснуть.
На свежем воздухе Жанна быстро пришла в себя. У подъезда она простилась с ним, хотя видела, что он рассчитывал на продолжение вечера. Ну уж нет.
На следующий день она увидела его у поликлиники с огромным букетом в руках. Давно никто не дарил ей цветов. 8 Марта, конечно, дарят, но это дань традиции, а не чувствам.
— Вы решили ухаживать за мной? — Жанна обернулась на поликлинику. Обязательно кто-то увидит, завтра буду сплетничать. — Не надо, — решительно сказала она и пошла прочь.
— Я обидел вас? — Гальцев с букетом не отставал.
— Оставьте меня в покое, — Жанна резко остановилась, и Гальцев налетел на неё.
— Цветы хоть возьмите.
Жанна смерила его предупреждающим взглядом и припустила прочь, оставив преследователя в замешательстве.
Прошло два дня, три, а Гальцев не показывался. Обиделся. Но каждый раз, выходя из поликлиники, Жанна надеялась увидеть его. На пятый день он стоял перед входом и ждал её. Без цветов.
— Послушайте, я не хочу никаких отношений. Не надо приходить, найдите себе помоложе, — сказала она.
— Мне не нужна другая, — ответил ей в тон Гальцев. При этом он выглядел таким несчастным, что Жанне стало его жаль.
Сегодня Гальцев был притихшим, не старался её рассмешить. Они молча дошли до её дома. У подъезда он вдруг поцеловал её. Жанна не успела отреагировать, как он отстранился. Губы у него были мягкие, нежные. Жанна вошла в подъезд. Гальцев вошёл следом.
«Зачем? Что я делаю?» — думала Жанна, стоя с ним в лифте.
В прихожей он замялся.
— Наденьте тапочки сына, — сказала Жанна и прошла на кухню. Послышался шум воды. — Ну что же вы встали? — спросила Жанна, когда он появился в дверях кухни, где на столе ярким пятном уже красовался букет в вазе, а на плите шумел чайник.
— Как у вас хорошо, уютно, — сказал Гальцев, присаживаясь к столу.
— Вы надеетесь переспать со мной? — прямо спросила Жанна.
Иван сглотнул.
— Ну, в общем… А вы против?
