— А вы одна? Ну, в смысле, не замужем? Вид у вас не очень. Тоже проблемы замучили? — вдруг спросил Гальцев.
Ручка в руке Жанны замерла над бланком. «Что он себе позволяет?»
— Вам какое дело? — резко ответила она.
— Просто спросил из сочувствия. Врачи тоже люди, болеют. Муж бросил?
Жанне хотелось сказать, что бросил он её давно, десять лет назад. Нашёл себе моложе и ушёл, оставив её с тремя детьми. Правда, старший уже вылетел из гнезда, уехал в Германию работать, там женился и сюда не планирует возвращаться. Компьютерщиком работает, как и его отец. Это он запудрил мозги мальчику. У самого не получилось вовремя уехать, так старшего протолкнул.
Дочь тоже в прошлом году уехала работать в Москву и там осталась. А младший до не давнего времени жил с ней. Но её надежда на неодинокую старость рухнула. Дочь переманила брата в Москву. Мол, нечего тут делать, никакого роста. И сегодня утром, несмотря на её протест, он уехал. О ней никто не думает. А она уже не молода, пятьдесят, впереди маячит пенсия и одиночество. Подруг у неё нет, родителей тоже, пожаловаться некому.
Жана отвлеклась от своих мыслей.
— Вот вам рецепт. А анализы сдайте и сделайте флюорографию. — Жанна подвинула рецепт к Гальцеву.
— Спасибо, — сказал мужчина, взяв бланк, но остался сидеть.
— Что-нибудь ещё? Если нет, то не задерживайте, там люди ждут. — Жанна кивнула в сторону двери.
-Да-да. Спасибо, до свидания. — Гальцев, наконец, встал и пошёл к двери. Оглянулся. Жана не успела отвести взгляд.
В кабинет зашла старушка, из тех, что ходят в поликлинику как на работу, поговорить о своей болезни, как о чем-то родном, и приятном…
Только снимая белый халат, Жанна вспомнила, что её ждёт пустая квартира. И отчаяние снова накрыло её. Жанна прикусила губу, чтобы не расплакаться. Втянула в себя рвавшиеся наружу слёзы и вышла из поликлиники.
— Жана Владимировна, — окликнул её кто-то.
Она оглянулась и увидела Гальцева, первого сегодняшнего пациента.
— Я подумал… У вас в глазах такая тоска. У вас тоже проблемы? Это же видно невооружённым взглядом. Мне тоже домой не хочется идти.
Жанна удивилась, неужели так заметно?
— С чего вы взяли? — резко ответила она.
— Да ладно, не храбритесь. Я кое-что понимаю в жизни и в женщинах. Не все такие, как моя жена. Не откажите, давайте посидим в кафе. Просто выпьем кофе и поболтаем. Я целый день думал о вас. Не подумайте ничего плохого, но я увидел вас и понял, что о такой женщине мечтал всю жизнь. На вас приятно смотреть, вот только грустная вы очень.
Жанна молчала. Она подбирала слова, чтобы послать Гальцева покультурнее.
— Так что? Думаете, как покультурнее меня послать? Уйду, а вы гордо пойдёте в своё одиночество? — напомнил о себе Гальцев.
«Надо же, какой догадливый», — удивилась Жанна.
— А пошли, — сказала она.
Гальцев всю дорогу говорили о погоде, о скорой зиме. А Жанна шла рядом и думала, что совершает большую глупость, что ни к чему ей очередные разочарования.
