Выбор
— Твоя дочь от первого брака станет донором для моего сына. Всё равно она никому не нужна, — проговорил Виктор холодно, отчаянно, сквозь стиснутые зубы.
Он сидел напротив неё — немного поседевший, осунувшийся. Ужин перед ним так и остался нетронутым, как и многие предыдущие. К еде он почти не притрагивался. Воспалённые глаза с набрякшими веками и глубокие тени под ними выдавали бессонные ночи.
Таня медленно отложила вилку. В комнате повисла тяжёлая тишина. Она смотрела на мужа спокойно, без криков и истерик. И именно это спокойствие действовало на Виктора хуже любых слёз.
— Я понимаю, что Саша болен, — сказала она негромко, поправляя выбившуюся прядь волос. — И знаю, что мы уже полгода нигде не можем найти ему почку. Я тоже ночами не сплю, Витя. Ты думаешь, я не люблю твоего сына? — голос её дрогнул. — Люблю, как своего.
Виктор не ответил, только скрипнул зубами. В его взгляде читалось отчаяние.
— Но вместе с тем, — продолжила Таня, крепко сжимая чашку с остывшим чаем, — я не позволю тебе травмировать Настеньку, даже ради него. Она не мясо, не запасной орган, а живой человек. Ей двенадцать, Витя. Двенадцать! У неё гормоны скачут. И она только-только перестала кричать от кошмаров по ночам.
Она старалась говорить ровно, но в каждой фразе читалась внутренняя дрожь. Это был её предел. За него лучше было не заходить.
— Ты своими выходками травмируешь её, и, слава богу, она не слышит этот разговор, — Таня вздохнула и вдруг резко добавила, подавшись вперёд: — И запомни, я скорее тебя, как свинью, зарежу, чем отдам Настю на операционный стол. Ты понял?
Виктор остолбенел. В его глазах мелькнул испуг — такого он явно не ожидал от всегда сдержанной Тани.
— У Саши есть ещё целый год, — продолжила она уже мягче. — Так врачи сказали. Всё будет хорошо. Мы найдём ему донора. Нужно только ждать и верить. Но Настя, извини… это не вариант. Никогда.
Саша был сыном Виктора от первого брака — семилетний мальчик с большими, слишком серьёзными для его возраста глазами. Когда Таня впервые увидела его — через месяц после того, как начала жить с Виктором — он сидел в коридоре детской клиники и спокойно читал потрёпанную книжку про Маугли.
До этого Виктор о нём не говорил. Боялся, что когда Таня узнает о его больном сыне, она тоже уйдёт. Как Наташа, родная Сашкина мать, которая сбежала с любовником, совершенно забыв о сыне.
— Он очень хороший мальчик. Он не доставит тебе проблем, — с горечью сказал тогда Виктор, нервно постукивая пальцами по подоконнику больничного коридора. — Его мать ушла от нас, когда узнала про диагноз. Ну, а я… Ты сама видишь, какой я идеальный отец.
Саша страдал с раннего детства от редкой формы почечной недостаточности. Одна почка не функционировала с рождения, а вторая медленно отказывала. Пока что помогал диализ, но врачи давали максимум год. Нужна была операция по пересадке почки, иначе мальчик не выживет.
