Артур же застыл соляным столбом, лишь хлопая глазами как рыба на берегу.
Ещё минуту назад Полина парила в облаках от счастья, а теперь рухнула в бездну предательства. В глазах потемнело, она тяжело опустилась на пол, хватая ртом воздух.
Артур, наконец очухавшись, натянул трусы и выдал гениальное:
— А ты чего тут делаешь?
Полина истерически расхохоталась:
— Я?! Я, знаешь ли, молодая мать! Думала, муженёк на вахте, решила домой с ребёночком приехать. А тут, оказывается, семейный бордель!
До Артура наконец дошло. Он метнулся в спальню, но разъярённая супруга оттолкнула его от свёртка с дочкой:
— Не смей к ней прикасаться, козёл паршивый!
Тут из ванной выползла Жанна, бормоча что-то невразумительное:
— Ну вот как-то так получилось… Мы это… того…
— Заткнись, змея! — взорвалась Полина. — Как же ты могла, родная сестра?! Я-то думала, ты порядочная, а ты…
И тут до неё дошло — Жанна беременна. А значит, эта интрижка длится уже давно.
— Вы… вы… — задыхалась от ярости обманутая жена. — Да чтоб вы провалились!
Схватив дочку и документы, она пятилась к выходу, осыпая парочку пропятилась:
— Чтоб у вас там всё отсохло! Чтоб вам пусто было! Гореть вам в аду!
Оказавшись на улице, Полина не помнила, как добралась сюда. Её трясло, словно в лихорадке, от предательства мужа и сестры.
«Ну и парочка голубков! Чтоб вас черти драли!» — мысленно бушевала она.
Вдруг захныкала малышка на руках, и Полина очнулась. До неё дошло, что нужно срочно искать пристанище — новорождённой вот-вот понадобится еда.
«Эх, приплыли! Куда ж теперь податься, окромя как к маменьке?» — вздохнула она и, скрипя зубами от досады, вызвала такси.
Спустя полчаса Полина уже барабанила в дверь матери. На пороге возникла Вера Степановна — дама в летах, но всё ещё статная, с ярко накрашенными губами и уложенными волосами.
— Батюшки-светы! Тебя что, уже выписали? — всплеснула она руками. — Чего ж не позвонила-то, бестолковая? Мы ж собирались завтра тебя забирать!
Полина молча прошмыгнула в квартиру. Вера Степановна тут же выхватила свёрток с внучкой.
— И чего это ты сюда припёрлась? — поинтересовалась она, умильно воркуя над проснувшейся девочкой.
При воспоминании об Артуре и Жанне Полину снова затрясло. Она с трудом выдавила:
— Я… я не могу туда вернуться. Там… там она… они…
Вера Степановна мигом всё смекнула. Не оборачиваясь к дочери, она хмыкнула:
— Ага, значит, застукала голубков.
Полина застыла.
— Ты… ты знала? — еле шевеля губами, выдавила она.
— А то! Твоя сестрица давно уже с ним шуры-муры крутит, — как ни в чём не бывало ответила мать. — И нечего тут из себя невинную овечку строить! Ведь это Жанка тебя с Артуром познакомила, а ты взяла и увела у неё мужика. Окрутила его, понимаешь!
Полина охнула. Она едва сдерживалась, чтобы не закричать. Мало того, что полчаса назад узнала об измене мужа с сестрой, так теперь выясняется, что мать была в курсе! И вместо того, чтобы осудить изменников, обвиняет её!
— Ты вообще слышишь, что несёшь?! — возмутилась Полина.
— Не истери тут! Лучше о ребёнке подумай.
