— Ты права, — медленно произнесла она, вертя в руках полупустую чашку. — Я соглашусь на развод. Заберу то, что есть. Но знаешь, Ира я не прощу ему этого предательства. То, как он поступил… Это было спланировано. Холодно и расчётливо. Он выжидал момент и ударил.
— Конечно, не простишь, — Ирина улыбнулась, и что-то в её улыбке напомнило хищницу, готовую к прыжку. Она отставила чашку и наклонилась вперёд, понизив голос до почти шёпота. — Я бы не простила. Это не просто развод, это предательство в чистом виде. Betrayal, как говорят англичане. А таких вещей прощать нельзя. Это вопрос не только справедливости, но и самоуважения.
— Я отомщу ему, — твёрдо сказала Зоя, и в её взгляде появилась уверенность, которой не было ещё полчаса назад. Слёзы высохли, плечи расправились. — Не знаю как, но он пожалеет о том, что решил поиграть со мной в грязные игры. Он думает, что я сломлена, что я опущу руки и смирюсь. Но он не знает меня так хорошо, как ему кажется.
Ирина одобрительно кивнула, в её глазах светилась гордость за младшую сестру.
— Месть — это блюдо, которое подают холодным. И я с удовольствием помогу тебе его приготовить. Николай даже не подозревает, с кем связался.
За окном дождь усилился, барабаня по стеклу, словно поддерживая боевой настрой сестёр и скрепляя их молчаливый союз против общего врага.
***
Зал суда, несмотря на современный ремонт и кондиционеры, казался Зое душным и тесным. Процесс развода прошёл быстро, почти формально — все материальные вопросы были решены заранее. Судья объявила о расторжении брака.
Николай, стоявший в двух метрах от неё, не выказал никаких эмоций. Как только официальная часть завершилась, он достал телефон и, не обращая внимания на бывшую жену, начал набирать номер.
— Алло, Виктор? Да, всё в порядке, процесс завершён, — голос Николая звучал уверенно и деловито, словно он только что закрыл удачную сделку, а не перечеркнул семь лет совместной жизни. — Давай обсудим условия контракта с «Альфа-Трейд», я думаю, мы можем повысить ставку на десять процентов…
Зоя слушала эти переговоры, собирая свои документы в сумку. Николай продолжал говорить по телефону, но, заметив её взгляд, прикрыл микрофон ладонью.
— Ну что, все довольны? Ты получила квартиру и машину, я — бизнес. По-моему, справедливо, — он произнёс это без тени сарказма, совершенно искренне считая раздел имущества равноценным.
— Ты доволен, я вижу, — сухо ответила Зоя, застёгивая сумку. — Надеюсь, ты не забыл, что мне полагаются выходные пособия. Я проработала в компании с самого её основания.
Николай на секунду задумался, затем покачал головой.
— Зоя, ты ведь понимаешь, что теперь не будешь у меня работать? — он говорил мягко, почти снисходительно. — С чего бы мне платить тебе выходное пособие? Ты получила более чем достаточную компенсацию.
— По закону мне полагается выходное пособие, — настаивала Зоя. — Я не прошу благотворительности, только то, что мне принадлежит по праву.
