«Нет, сынок, это я во всем виновата! Старая развалина, только обузой вам…»
«Мама!» — резко перебил Сергей. — «Прекрати немедленно. Ты не обуза. Ты моя мать. И я не позволю тебе голодать».
Он отключил телефон и откинулся на сиденье. В голове крутились детские голоса: «Папа, а мы правда поедем на море?» Сергей застонал и накрыл лицо руками. Как объяснить детям, что они снова никуда не поедут? И как объяснить жене, что он не может бросить мать в беде?
Утро началось с настойчивого стука в ворота гаража. Сергей с трудом разогнул затекшую спину.
«Папа! Папа, открой!» — голос Кирилла.
Сергей распахнул калитку. На пороге стояли дети — Кирилл и четырехлетняя Маша, закутанная в курточку.
«А почему ты тут спишь?» — Кирилл с любопытством заглянул в гараж. — «Мама сказала — ты теперь будешь жить здесь».
«Папочка, там холодно», — пискнула Маша. — «Пойдем домой!»
Сергей присел на корточки, обнимая детей: «Не волнуйтесь, это ненадолго. Просто… папе нужно немного подумать».
«О чем думать?» — не унимался Кирилл. — «А мы на море поедем?»
«Мама сказала — не поедем», — встряла Маша. — «Потому что ты деньги бабушке отдал».
Сергей почувствовал, как внутри все обрывается. «Кто вам такое сказал?»
«Мама вчера тете Свете по телефону говорила», — важно сообщил Кирилл. — «Что ты все деньги бабушке отдаешь, а мы как бомжи живем».
«Папа, а бабушка богатая будет?» — невинно поинтересовалась Маша.
Сергей прикрыл глаза. Господи, за что детям все это? «Нет, малыш. Бабушка не богатая. Бабушке просто… просто нужна помощь».
«А нам не нужна?» — вдруг спросил Кирилл совсем не детским тоном.
К вечеру в гараж пришла Наталья. Села на старый ящик, разглядывая мужа покрасневшими от слез глазами:
«Значит, вот как мы теперь будем жить? Ты в гараже, я с детьми дома, а все деньги твоей матери?»
«Наташ, давай спокойно поговорим», — Сергей присел рядом. — «Я понимаю, ты обиделась…»
«Обиделась?!» — вскинулась Наталья. — «Да ты предал нас! Предал своих детей! Мы мечтали об этой поездке, планировали, а ты…»
«А что я должен был делать?!» — не выдержал Сергей. — «Мать голодает! У нее на лекарства денег не хватает! Да, я виноват, что скрывал. Но я не мог иначе».
«Мог!» — Наталья вскочила. — «Мог прийти ко мне и сказать прямо: Наташа, у мамы проблемы, давай поможем. Но нет! Ты предпочел врать!»
«Потому что знал — ты будешь против!»
«Конечно буду! У нас самих еле концы с концами сводятся! Мы в кредитах по уши!»
«То есть моя мать должна с голоду умереть, пока мы на море катаемся?»
«А твои дети должны без детства остаться, пока ты маму спасаешь?!»
Они замолчали, тяжело дыша. За воротами гаража шумел вечерний город, где-то лаяли собаки.
«Знаешь что?» — тихо сказала Наталья. — «Решай сам. Или мы — твоя семья, или твоя мать. Но знай — больше я не позволю тебе распоряжаться нашими деньгами в одиночку».
После ухода Натальи Сергей отправился к матери. Антонина Петровна открыла дверь заплаканная:
«Сынок, я все верну! Все до копеечки! Продам кольцо обручальное, телевизор…»
