Оказалось, что Валентина Николаевна умерла. Да, в Белгороде, от инфаркта. А главное — написала завещание. Не на сына. Не на сестру. А на… Дениса.
— Простите, вы шутите? — удивилась Дарья.
— Абсолютно серьёзно. Небольшой домик. С огородом. И странным приложением — она просила обязательно передать письмо вам. Личное.
Письмо пришло через два дня.
«Дарья. Я многое делала неправильно. Но вы оказались сильнее. И умнее. Не держите зла. Я всегда хотела, чтобы у моего внука был дом. Пусть не отобранный, а подаренный. Надеюсь, вы будете умнее меня. Простите, если сможете. Валентина.»
Дарья сидела с письмом на кухне, пока Денис лепил из пластилина какую-то непонятную фигурку и бормотал про «летающего динозавра». В голове звенела тишина.
Слёз не было. Только странное тепло — как от лампы, которая вдруг зажглась после долгого отключения.
— Мама, а кто такая Валентина?
— Бабушка. Твоя. По папиной линии.
— Она была запутанной. Но, наверное, очень тебя любила. По-своему.
— А я когда вырасту — буду добрым?
— Если будешь слушать сердце — будешь.
И она поцеловала его в макушку. И поняла, что теперь всё. Всё кончено. И всё только начинается.
