Она закончила разговор, не дожидаясь ответа. Бросила телефон на диван, села за стол и тупо смотрела в кружку с холодным кофе. Он тоже остывал от этого разговора — как и она сама.
Вечером всё повторилось. Только теперь — вживую. В прихожей раздался звонок, потом ключ в замке. Ключ. У них с Сергеем были общие, но Валентина Петровна знала, как незаметно размножить ключи и раздать их «кому надо».
— Привет, деточка, — голос Валентины Петровны звучал так ласково, что в нём сразу хотелось найти капкан.
— Мама? — Елена вышла в коридор в трико и футболке. Вид у неё был далеко не радушный.
— Да вот… решили зайти, — протянула свекровь и потеснила Елену в коридоре. Следом за ней вошёл Кирилл. С двумя пакетами, один из которых явно был из «Красного & Белого».
— Привет, Лена. Давно не виделись! Ты всё такая… — он оглядел её с улыбкой, — целеустремлённая.
— Надеюсь, ты сюда не жить, а так, на минутку, зашёл? — спокойно спросила Елена, хотя внутри всё сжималось.
— Ну, знаешь, как получится… — промямлил Кирилл, ставя пакеты в угол. — Мама сказала, вы не против…
— Мама много чего говорит, — отрезала Елена. — Мама сказала, что ипотека — это зло. Но при этом ты с радостью переезжаешь в мою трёшку, где всё оплачено.
— Леночка, — Валентина Петровна вмешалась, сжав губы. — Не будь такой резкой. Кириллу негде жить. Он в трудной ситуации.
— А я в лёгкой? — вспыхнула Елена. — У меня проекты, встречи, команда. А теперь, судя по всему, ещё и «ребёнок с особыми потребностями» в лице взрослого мужчины на шее?
— Я взрослый, между прочим, — обиделся Кирилл, — и я сказал, что надолго не задержусь.
— Это ты и в прошлый раз говорил. Помнишь? Потом начались игры на приставке, ночные тусовки и пятно от кетчупа на моих белых стульях.
— Ты слишком зациклена на контроле, Лен, — хмыкнула свекровь. — Может, стоит расслабиться, впустить семью в сердце?
— Я впустила. И они устроили там шашлыки.
В дверях показался Сергей, и тишина на секунду стала гулкой.
— Ну, вы уже поговорили? — спросил он, не глядя в глаза жене.
— Поговорили. Только я не уверена, что теперь это наш дом. Скорее — чей-то пункт временного размещения, — сказала Елена и пошла в спальню, резко закрыв за собой дверь.
Сергей вздохнул, Кирилл пожал плечами, Валентина Петровна громко поставила свою сумку на пол и направилась на кухню.
А за дверью спальни Елена прислонилась к стене и закрыла глаза. Не плакала. Пока. Просто слушала, как в её личное пространство проникает чужая жизнь, как будто у неё на глазах сносили стены её крепости и ставили там диван для «родного человечка».
И почему, чёрт возьми, в брачном договоре не предусмотрены пункты про безработных родственников?
— Я всё это выброшу, слышишь? — голос Елены сорвался на визг, когда она распахнула дверцу шкафа и вытащила оттуда вонючую футболку с героическим принтом «GTA Forever». — Вот это, вот это, и особенно вот ЭТО! — Она встряхнула вещь перед носом Сергея. — Что это делает в МОЁМ шкафу, Сергей?!
