— А ты не хочешь вскрыть мозг? Свой? И посмотреть, почему ты всегда на её стороне? — Она подошла ближе, резко. — Ты когда последний раз был на моей?
— Я всегда на твоей, Лена…
— Нет, ты всегда рядом. Но никогда со мной. Понимаешь?
В этот вечер она снова не вышла из спальни. Алексей пил на кухне. Ольга Петровна смотрела «Поле чудес».
А потом она произнесла фразу, которую услышала даже Елена из-за стены.
— А знаешь, Лёшенька, может, и к лучшему, что вы не успели родить. Всё равно бы потом делили ребёнка. Она — та ещё стерва.
Дверь спальни резко открылась. Елена стояла на пороге, босиком, с тёмными глазами, как у человека, которого разбудили в момент пытки.
— Повтори, — сказала она тихо. — Повтори, что ты сейчас сказала.
— Я не тебе говорила, — дернулась Ольга Петровна.
— Это мой дом. Ты живёшь здесь. На моей еде. С моим мужем. На моём белье ты сидишь. Так что говори мне.
Алексей попытался встать:
— Сиди, — бросила Елена, не отрывая взгляда от свекрови. — Ты тоже послушай.
— Я сказала, — медленно произнесла Ольга Петровна, — что хорошо, что у вас нет детей. Потому что они бы страдали с такой матерью.
— Поняла, — кивнула Елена. — Всё. Завтра ты уходишь. Или я.
— А квартира-то не твоя, милая! — с торжеством сказала свекровь. — Помнишь?
Елена медленно улыбнулась. И достала с полки… папку. Красную, с гербовой печатью.
— Ты зря думаешь, что я дура, — спокойно сказала она. — Договор дарения. От Лёши. На моё имя. Заверенный у нотариуса. Три месяца назад.
— Лена, ты же сказала, что не будешь его оформлять…
— Сказала. А потом передумала. Потому что слишком часто слышала, как ты молчишь, когда она говорит, что я тут никто.
Ольга Петровна побледнела.
— Ты… ты подстроила всё?
— Нет. Я просто научилась защищать себя. Завтра — такси. В одиннадцать. Тебе помочь собрать вещи?
Алексей долго стоял у окна.
— Не надо, — оборвала она. — Если ты думаешь встать между нами и дальше — решай прямо сейчас.
Он медленно обернулся.
— Я ничего не думаю. Я хочу, чтобы всё было как раньше.
— Как раньше больше не будет, — тихо сказала она.
Такси приехало в 10:58.
Белый «Рено Логан», уставший жизнью водитель в чёрной кепке и трещиной на лобовом стекле. Самое подходящее такси для Ольги Петровны, подумала Елена и медленно отхлебнула кофе.
В кухне царила тишина. Алексей сидел, уставившись в чашку, как в бездну. Пальцы подрагивали.
Ольга Петровна ходила по квартире в туфлях на каблуке и с чемоданом на колёсиках, который противно скрипел, как будто специально издевался.
— Ну что ж, — сказала она на прощание, натянуто улыбаясь. — Весёлого вам тут быта. Живите. Как знаете. Сами. Без родни, без поддержки, без совета. Может, теперь у тебя хоть борщ нормальный появится, Леночка.
— Спасибо, Ольга Петровна, за заботу. Особенно за советы, — с безразличием ответила Елена.
— Лёша, сынок, — вскинулась свекровь, уже на пороге. — Может, ты всё же передумаешь? Поедем ко мне. Успокоишься, подумаешь. У тебя там всегда комната.
Он молчал. Только глянул на неё. А потом — на жену.
