— Ну ты тоже… перегнула, если честно, — осторожно вставил он, зацепив ложкой по кружке.
— Да, точно. Перегнула. Надо было сразу полицию вызвать — сказать, что в квартиру проник человек, разбил имущество, и у него ещё есть ключи. Очень логично, правда?
Алексей встал, прошёлся по кухне, потёр затылок — фирменный жест, который означал, что ему очень хочется выглядеть как взрослый, но получается школьник с сочинением «Как я провёл лето».
— Алина, ну ты пойми, это же мой брат. Он в сложной ситуации. Жена ушла, бизнес накрылся, ему негде жить…
— О, давай сейчас ещё слёзы пустим! И по кругу пустим шапку для сбора пожертвований, — резко обернулась она. — Сложной ситуации у нас у всех хватает. Только ты почему-то вспомнил, что у тебя брат, ровно тогда, когда я взяла ипотеку. До этого ты был вполне автономным мужчиной с отдельным мнением.
Алексей молчал. Потому что сказать было, по сути, нечего.
— Ну ты это… не кипятись, Алиночка, — Елена Петровна сидела на диване с видом полноправной хозяйки, развалившись и поедая виноград, который сама же и принесла. — Мы тут с Виталиком посовещались… И вот, что решили.
Алина встала в дверях, сцепив руки на груди.
— Ну… Я и Виталик. И Алексей, кстати, тоже не против.
— Фантастика. Новое семейное правительство. Только я, видимо, в этом тройственном союзе — министр обороны. Обороняюсь с утра до ночи.
— А не надо, дорогая, вот этих колкостей, — резко сказала Елена Петровна, кладя виноградину в рот. — Мы решили: квартиру нужно оформить на Виталика. Ну хотя бы частично. Как помощь. Ведь вы семья. А значит — всё общее.
— Вы с ума сошли? — у Алины даже голос сел. — Эта квартира куплена мной. Я гасила ипотеку. Я работала. Я въезжала сюда с коробками, пока Алексей подбирал шторы для маминого дома. И теперь вы предлагаете мне… передать часть квартиры вашему безработному сыну?
— Он не безработный, он временно в поиске себя, — вмешался Виталий, выходя из спальни в шортах и футболке с надписью «Real men don’t do drama».
— Ага. Только ты сам — одна сплошная драма, — процедила Алина. — У тебя даже тапки тут воняют предательством.
— Ну это уже перебор, — сказал Алексей, заходя следом. — Мы просто хотели поговорить.
— Вы не хотели поговорить. Вы хотели меня поставить перед фактом. Мол, квартира — общая. Брату плохо. Жена злая. Давайте отрежем ей кусок и скормим нуждающемуся родственнику.
— Не драматизируй, Алина, — снова включилась Елена Петровна. — Ты же понимаешь: семья — это всегда компромисс. Вот я, например, с отцом Алексея сколько лет прожила, и ничего. Он меня тоже бесил. И даже бил пару раз. Но я терпела. Потому что семья.
— Вы сейчас серьёзно? Вы сравниваете физическое насилие с бытовым паразитизмом? — Алина не верила своим ушам. — Мне бы вашей выдержки. Хотя нет, не надо. А то потом таблетки придётся пить. От удушья.
На следующий день Алина сделала то, чего Алексей от неё не ожидал. Она поехала к нотариусу.
