— Какая? — Настя внезапно почувствовала, как внутри поднимается волна — не страха, не стыда, а гнева. Пять лет она тянула детей одна. Пять лет она настраивала свою жизнь, чтобы обеспечить им достойную жизнь. И ни разу, НИ РАЗУ эта женщина не предложила помощи.
— Жадная! — выпалила Валентина Петровна. — Бессердечная! Неблагодарная!
— Неблагодарная? — руки Настя задрожали. — За что я должна быть вам благодарна, Валентина Петровна? За то, что вы ни разу за пять лет не поинтересовались, как живут ваши внуки? За то, что не предложили помощь, когда я разрывалась между работой, больницей и уроками? За то, что даже на дни рождения приходили через раз? Вы бывшая моя свекровь — БЫВШАЯ!
Свекровь на мгновение сбилась с ритма, но быстро нашлась:
— А при чём тут это? Разве семья может быть бывшей? Разве я не имею права на помощь от семьи? Я ведь бабушка твоих детей! И это навсегда!
— Которых вы едва знаете, — парировала Настя. — Вы сами говорили — «к внукам привязываться не стоит, невестки приходят и уходят». Помните такие слова? А теперь внезапно вспомнили о родственных связях?
Ошеломлённая свекровь на мгновение замолчала, но затем с новой силой ударила кулаком по столу:
— Ты просто пользуешься ситуацией! Виктор тебя пожалел, оставил квартиру, а ты… ты…
— Я что? — Настя чувствовала, как к глазам подступают слёзы — не от обиды, от ярости. — Пять лет растила ваших внуков, обеспечивала их всем необходимым, создавала уют и любовь, которых им не хватало без отца? Это вы называете «пользоваться ситуацией»?
Несколько коллег одобрительно закивали. В их глазах Настя видела поддержку, и это придавало ей сил.
— Не юли! — Валентина Петровна гневно сузила глаза. — Ты могла бы поделиться с родственниками! Дать мне пожить в одной из твоих пустующих квартир! Но нет, ты решила нажиться сама, сдавая их! Думаешь, я не знаю, сколько ты имеешь с аренды? Ты купаешься в деньгах, пока я мыкаюсь по углам!
— По углам? — Настя не выдержала и рассмеялась. — У вас трёхкомнатная квартира в центре города! То, что ваш младший сын решил привести туда свою новую женщину и тем самым почти выгнал вас, не делает меня виноватой!
— Да как ты смеешь?! — взвизгнула свекровь.
— Я не имею к этому никакого отношения, — твёрдо отрезала Настя. — И мои квартиры — тоже. То, что у вас возникли проблемы с жильём совершенно не означает, что я должна жертвовать своим доходом и благополучием МОИХ детей.
— Не наглей, Настя, отдай одну из своих квартир! — фыркнула свекровь, покраснев от гнева.
— А вы ипотеку платили или просто размечтались въехать на халяву? — парировала Настя, чувствуя, как внутри разливается какое-то странное спокойствие.
Офис ахнул. Наталья Сергеевна из отдела кадров даже прикрыла рот ладонью. А Семён Палыч беззвучно зааплодировал, медленно и с чувством.
Валентина Петровна выпрямилась, будто её ударили. Её лицо побагровело так, что казалось — она вот-вот взорвётся.
