— Даша, послушай, — взял её за руки он, стараясь говорить спокойно. — Моя мама… она просто не привыкла ещё. Ей нужно время.
— Время? — Даша покачала головой, глаза наполнились горечью. — Андрей, прошло уже три месяца. Сколько ещё времени ей нужно? И дело не в том, что она не привыкла. Она не хочет привыкать. Она уже решила, что я тебе не подхожу, и ничто не изменит её мнения.
— Это неправда, — Андрей старался звучать убедительно, хотя внутри понимал, что слова Даши имеют долю правды. — Просто раньше мы с мамой были очень близки, и ей трудно принять, что теперь у меня есть жена, которая для меня на первом месте.
— Она всё ещё надеется, что ты вернёшься к Ирине, — тихо сказала Даша, глядя в пол. — К дочери какого-то Павла Сергеевича, у которой, видимо, и образование, и манеры на высоте.
Андрей поморщился. Ирина была его девушкой до Даши, дочерью партнёра его отца по бизнесу. Мать всегда считала её идеальной партией, но он никогда не испытывал к ней глубокой любви.
— Меня не интересует Ирина, — твёрдо сказал он, глядя прямо в глаза Даше. — Я люблю тебя.
— Я знаю, — Даша слабо улыбнулась, но в её глазах оставалась печаль. — Но дело не только в этом. Я не хочу быть причиной разлада между тобой и твоей мамой. Я не хочу, чтобы ты был вынужден выбирать между нами. И я не хочу каждый раз, приходя к твоей матери, чувствовать себя нежеланным гостем, которого едва терпят.
— И что ты предлагаешь? — Андрей почувствовал, как внутри всё сжимается от предчувствия неприятного разговора.
— Я не знаю, — честно ответила Даша, опуская взгляд. — Может, нам действительно стоит принять то предложение о работе и переехать в другой город? Начать всё с чистого листа?
Андрей задумался. Переезд мог бы стать решением многих проблем. Но убегать — это не выход, думал он.
— Нет, — решительно сказал он, сжимая её руки. — Мы не будем убегать. Я поговорю с мамой. Серьёзно поговорю. Она должна понять, что ты — моя жена, и я не допущу, чтобы она так относилась к тебе.
— Андрей, не надо, — Даша покачала головой, её голос звучал устало и подавленно. — Это только всё усложнит. Она будет отрицать, что говорила всё это, или скажет, что я неправильно поняла. Или что я подслушивала специально. В любом случае, это выставит меня в ещё худшем свете.
— Тогда что нам делать? — Андрей чувствовал, как растерянность и беспомощность охватывают его всё сильнее.
— Может, просто дать ей время? — Даша вздохнула, тяжело опускаясь на диван. — Видеться реже, только по важным случаям. Может, когда она поймёт, что я никуда не денусь, то смирится и примет меня.
— А сегодня? — спросил Андрей, не скрывая тревоги в голосе. — Что будем делать сегодня?
Даша молчала, глядя на дорогу за окном. По её щеке скатилась одинокая слеза, отражая всю ту боль, которую она пыталась скрыть.
— Я не могу туда пойти, — наконец произнесла она, голос её дрожал от подавленных эмоций. — Прости, но я просто не смогу сидеть за столом и улыбаться, зная, что она думает обо мне. Ты иди, поздравь маму. А я поеду домой.
