— Пока ничего. Сказал, что у него для меня вечером какой-то сюрприз, когда мы посидим. — Я выдохнула, словно облегчённо. Отлично. Так Марина не сможет потом проверить, подарил он что-то или нет. А когда мы встретимся с ней в следующий раз, я уже и думать про это забуду., — Пока ничего. Сказал, что у него для меня вечером будет какой-то сюрприз, когда мы посидим вместе.
— Ага. Понятно. — Марина ответила сдержанно, словно стараясь скрыть лёгкое разочарование. — Ладно, Лиз, давай сегодня не будем говорить о плохом. В день рождения надо радоваться. Какие планы на сегодня? Собираешься на безудержное веселье?
— Как обычно. Моё безудержное веселье включает в себя уборку, стирку, готовку и присмотр за Костей.
— Звучит здорово, жаль, что меня пока нет с вами на этой вечеринке, — с улыбкой сказала подруга, но в её голосе проскальзывало лёгкое сожаление.
Я усмехнулась в ответ, готовясь продолжить нашу шутливую перепалку, когда вдруг услышала громкий грохот и звон из спальни. Мгновенно глаза расширились, и внутри всё сжалось — я поняла, что оставила Костю одного. Быстро, почти не дожидаясь окончания разговора, поспешила прервать её.
— Марин, мне надо идти, кажется, Костя что-то натворил. Давай, до вечера.
Я буквально побежала в сторону спальни, сердце забилось быстрее. Наш сын уже был достаточно взрослым мальчиком — через четыре месяца ему исполнилось бы три года, но я всё равно старательно не оставляла его одного без присмотра. А тут, разговорившись с подругой, допустила такую оплошность. Как же так…
Вбежав в комнату, я застыла на пороге, увидев «замечательную» картину.
Ящик, в котором муж хранил свои ремни и запонки, был опрокинут на пол, а всё его содержимое рассыпано вокруг. Футляры от запонок валялись в разных уголках комнаты, пластик у некоторых был треснут, а сами запонки разбросаны повсюду. Внутри будто похолодало — я сразу представила реакцию мужа.
Он меня просто убьёт. Не знаю, что у него за страсть к этим вещам, но он действительно дорожил ими, относился к ним с трепетом, который казался даже сильнее, чем к нашей семье.
И как Костя вообще дотянулся до этого ящика? Это было загадкой.
— Костя! — резко начала я, не скрывая раздражения. — Сколько раз я тебе говорила не трогать вещи в нашей комнате! — голос мой повысился, я завелась с полоборота. — Живо в свою комнату, пока я тут всё это буду убирать.
