Он резко вышел в коридор, и через несколько секунд вернулся с кошельком. Быстрым движением достал из него купюру — на эту сумму можно было купить только самый дешевый торт и бутылку шампанского. Он бросил деньги прямо мне в руки, словно это была последняя милость.
— Довольна? Отлично. Плачу ипотеку, кредит за мебель, покупаю продукты, одеваю, кормлю сына. Всё у тебя есть! А теперь ещё и твои попойки должен оплачивать? Ты не забыла ли, дорогая, что деньги не на деревьях растут, и что их зарабатывать надо? Ты, похоже, пока тут с ребёнком ж*пу свою дома просиживаешь, уже весь мозг свой… потеряла, — его голос был полон злости и презрения. Последнее слово он явно хотел сказать другое, более резкое, но остановился, заметив нашего сына Костю, который застыв на пороге спальни, внимательно слушал эту тираду.
— Игорь, у меня вообще-то сегодня день рождения, — я вздохнула, стараясь найти в себе силы говорить дальше. — Я не говорю о том, что ты меня не поздравил, даже просто словами, не прошу подарков, но, пожалуйста, давай хотя бы сегодня я не буду чувствовать себя полным ничтожеством? Я твоя жена, и ты знал, на что шёл, когда мы с тобой решили родить ребёнка. Женщина не может работать, пока её ребёнок маленький, и это ничуть не легче, чем… — я начала накручивать себя, слова застревали в горле, и на глаза наворачивались слёзы, которые я так старалась сдержать.
— Замолчи, а? Давай без истерик. Ты чего хочешь ещё? Деньги просила? Так вот они. Что ещё? — резко перебил меня Игорь, не желая слушать мои оправдания.
— Нормального отношения, — прошептала я, едва сдерживая дрожь в голосе.
Игорь скривился, словно я сказала что-то неприемлемое, и направился в коридор, прихватив с собой кошелёк. Я инстинктивно пошла за ним.
Зачем? Не знаю. Просто привычка. Жена должна провожать мужа на работу, даже если внутри всё разрывается от обиды и усталости.
— Во сколько придёшь? — попыталась я снизить градус беседы, стараясь придать голосу нормальный, спокойный тон.
— Во сколько приду, во столько приду. Надеюсь, к этому времени твоя попойка с подружкой — проститушкой — закончится, и я её не увижу, — он холодно ответил, застегивая куртку. Взял ложку для обуви и начал надевать ботинки, не отрывая взгляда от меня.
— И тебе хорошего дня, — выдавила я, пытаясь сдержать слёзы, но это было уже выше моих сил.
Игорь на мгновение остановился, повесил ложку на вешалку, взял свою сумку с документами и посмотрел на меня своим холодным, безразличным взглядом. В его глазах не было ни капли сочувствия или понимания.
— Если что-то не нравится, подавай на развод, — зло бросил муж, прежде чем захлопнуть дверь и выйти из квартиры.
