Дима задумался. Он вспомнил отца, который работал на стройке, чтобы прокормить семью, и никогда не жаловался. Дима понял, что хочет быть таким же, а не тенью всемогущей тёщи.
На следующий день Людмила Викторовна приехала к ним с новым списком задач.
— Митенька, я сегодня была в ресторане, дала им указания, — начала она, садясь на диван. — Завтра поедешь туда и проверишь, чтобы они все сделали точно по моим требованиям.
— Людмила Викторовна, хватит, — Дима шагнул к ней, его голос был твёрдым. — Я не ваш личный ассистент, и как организовать мою свадьбу, вы за меня решать не будете!
— Что? — она ахнула, глядя на Настю. — Настя, он мне хамит!
— Дима, не надо, — Настя вмешалась, но Дима перебил:
— Надо, Насть! — он повысил голос. — Твоя мама мной командует, а я не слуга!
— Не слуга? — Людмила Викторовна встала, её глаза сузились. — А кто за всё платит, Митенька? Без меня ты никто!
— Никто? — Дима рассмеялся, но смех был горьким. — Тогда я лучше буду никем, чем вашей марионеткой!
— Хватит, — Людмила Викторовна отрезала. — Свадьбы не будет. Я всё отменяю.
— Мам, что ты? — Настя побледнела. — Дима, скажи, что ты не это имел в виду!
— Я сказал, что думал, — Дима ответил, глядя на тёщу. — Хотите отменять — отменяйте.
Людмила Викторовна ушла, хлопнув дверью. Настя заплакала, а Дима стоял, чувствуя, как земля уходит из-под ног.
— Дим, зачем ты так? — Настя шмыгнула носом. — Теперь всё рухнуло!
— Рухнуло? — он посмотрел ей в глаза. — Насть, я хотел быть твоим мужем, а не маминым мальчиком на побегушках.
Свадьбу действительно отменили. Людмила Викторовна отказалась платить, а Настя отказалась просто расписываться и уехала к матери.
Дима несколько раз звонил Насте, но она отвечала холодно, и он понимал, что их любовь рухнула под властью тёщи. Наконец он понял, что вернул себя, но потерял Настю, и не знал, сможет ли начать заново.
