Она решила поговорить с тётей Олей, которая работала в киоске неподалёку. Та пожала плечами:
— А чего ты хочешь? Может, позвоним в опеку? Или в полицию?
— Он же сбежит. Не хочет приюта, боится, что маму не найдёт.
— Ну тогда бери к себе, — фыркнула тётя Оля. — Раз такая сердобольная.
Марина вздрогнула. Идея казалась ей безумием: как это взять незнакомого ребёнка к себе? Но мысль не отпускала. В конце концов, у неё была своя квартира, небольшая, конечно, но ей одной хватало. Родителей рядом нет, она сама уже взрослая, работает. Разве нельзя помочь мальчику?
Всю ночь Марина ворочалась, прокручивая разные варианты. Официальный путь? Сразу скандал с бумагами, проверками, могла ли она это потянуть финансово и морально? Но и оставить мальчика на произвол судьбы — сердце не позволяло.
Через неделю она пришла на вокзал с решимостью. Вова сидел, ссутулившись, вид у него был ещё более усталый. Собаки не отходили, будто охраняли. Марина присела рядом:
— Слушай, хочу тебе кое-что предложить.
Он приподнял брови, будто ждал, что сейчас она расскажет что-то про маму.
— Может, ты поживёшь у меня? Чтоб не мёрзнуть. Я напишу здесь объявление, что «Вова теперь живёт у Марины», укажу телефон. Если мама приедет, она найдёт тебя через меня.
Он замолчал. Явно не ожидал такого поворота. Некоторое время напряжённо молчал, потом, опустив глаза, спросил:
— Нет. Зачем? Я просто не могу смотреть, как ты тут пропадаешь. Если твоя мама приедет, я верну тебя ей, обещаю.
Вова задумался. Наверное, в голове у него бушевали страхи: вдруг это ловушка, вдруг его отдадут в приют. Но на вокзале оставаться было тоже страшно.
— Хорошо, — наконец выдохнул он. — Я попробую.
Марина улыбнулась, почувствовав облегчение.
— Тогда давай, собирай свои вещи.
Вещей у Вовы почти не было: пара тряпок, засаленная кофта, да ещё старенький пакет. Он взял это в руки, встал, огляделся напоследок. Марина читала на его лице грусть — он будто терял свою «точку ожидания». Но другого пути не было.
Она привела его к себе в квартиру на окраине городка. Небольшая гостинка, две комнаты: в одной жила Марина, в другой устроился какой-никакой диван, чтобы если родители приезжали, было где ночевать. Теперь он достался Вове.
— Простенько, — сказала Марина, извиняясь, — но лучше, чем на вокзале. Пойдём, покажу, где можно помыться.
Мальчик робко кивнул, оглядываясь. Всё было ему чужим: обои в цветочек, маленький кухонный стол, старенький телевизор. Но запах еды и тепла уже сулил покой.
— Можно одежду снять? — спросил он.
— Конечно. Можешь принять ванну, вон там, — она показала на дверь. — Я положила чистое полотенце.
Вова взял чистую футболку, которую Марина ему приготовила, ушёл в ванную. Через пару минут послышался шум воды, и Марина представила, как он, наверное, впервые за долгое время смывает вокзальную пыль и грязь.
Пока он мылся, она поставила на стол тарелку горячего супа, нарезала хлеб. Когда Вова вышел, смешно теребя чужую футболку, которая оказалась ему широковата, он увидел это угощение и застыл.
