— Ну что, голубушка, пора бы и подкрепиться, — сказала она тоном, не терпящим возражений. — Мы ведь с дороги, устали.
Людмила мягко улыбнулась и подняла руки, словно дирижёр перед оркестром:
— Конечно, конечно! Но сначала давайте решим организационные вопросы. Дом у нас небольшой, всего две комнаты, поэтому спать, думаю, будете в палатках во дворе. Илья уже всё подготовил — палатки просторные, на мягких ковриках.
— В палатках?! — ахнула свекровь, и лицо её стало цвета спелой свёклы. — Ты что, издеваешься?
— Что вы! — искренне удивилась Людмила. — В горах по утрам такая свежесть! Воздух чистейший, звёзды прямо над головой — это же мечта любого горожанина! Но это ещё не всё. У нас здесь особый порядок: поскольку мы живём своим трудом, кормлю я только тех, кто работает. Работы много — огород, дрова, ремонт забора. Мы с Ильёй сами не успеваем.
— Это что ещё за крепостное право?! — возмутилась Клавдия Петровна, а остальные родственники неодобрительно загудели.
— Никакого крепостного права, — невозмутимо продолжала Людмила. — Просто правило дома: кто не работает, тот не ест. Кто работать не хочет — пожалуйста, ешьте то, что привезли с собой, или готовьте отдельно. Ничего личного.
Наступила тишина. Свекровь тяжело дышала, словно после быстрого подъёма в гору. Но остальные, к удивлению Людмилы, отнеслись к её словам довольно спокойно. Племянники даже с интересом переглянулись — городская жизнь приелась, хотелось чего-то нового.
— А что конкретно делать? — спросила Лена.
— Огород прополоть, дрова наколоть, забор покрасить, — перечислила Людмила. — Кто что выберет.
На следующее утро, когда солнце только-только показалось из-за горной гряды, Людмила звонила в колокольчик — сигнал к началу рабочего дня. Племянники, никогда не встававшие до одиннадцати, с трудом выползли из палаток. Василий, которого все привыкли видеть в строгом костюме, стоял в старых джинсах и футболке, растерянно оглядываясь по сторонам.
К Людмиле подошла свекровь. В её глазах читалась последняя надежда:
— Людочка, милая, может быть, для меня сделаешь исключение? Возраст, знаешь ли, здоровье не то…
— Клавдия Петровна, — мягко, но твёрдо ответила Людмила, — если мы хотим накормить всех вкусно и сытно, помощь нужна каждая пара рук. Я одна не справлюсь. Да и вы же понимаете — мы сюда переехали, чтобы жить своей жизнью, а не содержать пансионат для родственников.
После этих слов работа закипела. Илья с Василием отправились пилить дрова, племянники взялись за покраску забора, а Лена помогала Людмиле в огороде. Даже тётя Света, поворчав для приличия, принялась подметать двор.
К обеду Людмила приготовила настоящий пир: пироги с капустой и мясом, овощное рагу, картофельное пюре с укропом и сливочным маслом. Ароматы плыли по участку, сводя всех с ума.
— Ух ты, как пахнет! — воскликнула Лена, заглядывая в кастрюли.
— Да, аппетитно, — согласилась даже свекровь, не скрывая голода.
Но Людмила подняла руку:
