— Ты всегда была такая упёртая! — закричала мать. — Ты сестру подставляешь! У неё дети! А ты… ты вообще думаешь о семье?
— Думаю. О своей семье, о своей жизни, — твёрдо ответила Наталья. — Вы никогда не считали мои интересы важными, и это заканчивается.
— Значит, так? — голос матери дрожал от обиды. — Значит, ты выбираешь деньги вместо нас?
— Нет, мама. Я выбираю уважение к себе.
На следующий день Наталья получила сообщение от Вероники:
«Разве можно быть такой бессовестной? Ты заставляешь маму переживать. А ведь ей уже не 20 лет! Тебе не стыдно?!»
Наталья медленно перечитала сообщение. Внутри закипела ярость. Она набрала номер сестры.
— Вероника, ты можешь прекратить манипулировать мамой? — начала она.
— Я манипулирую?! — взорвалась та. — Это ты манипулируешь! У тебя есть всё, а я живу в нищете!
— Это твои проблемы, Вероника, — спокойно ответила Наталья, хотя голос немного дрожал. — Я двадцать лет тащила всё на себе. А ты всю жизнь ждала, что кто-то что-то тебе отдаст.
— Ты меня не понимаешь! — сестра перешла на крик. — Если мама из-за тебя заболеет, это будет на твоей совести!
Наталья замерла. Эти слова ударили её сильнее всего, но она собрала всю свою силу, чтобы ответить:
— Нет, Вероника. Если мама заболеет, это будет на вашей совести. Вы сами выбрали такой путь.
Через несколько дней адвокат сообщил, что раздел квартиры по закону пройдёт без особых сложностей. Наталья решилась продать свою долю и разорвать этот болезненный узел.
Когда она в последний раз зашла в квартиру, где прошли её детство и юность, в груди зашевелилась тоска.
Она ходила по комнатам, прикасалась к дверям, к старому паркету, вспоминая, как они с Вероникой когда-то играли в прятки. В одном из ящиков шкафа нашла детскую фотографию: она, Вероника и мама, все улыбаются.
Слезы навернулись на глаза, но она сдержалась.
— Всё, хватит, — прошептала Наталья самой себе. — Это больше не моё.
Она закрыла дверь и отдала ключи риелтору, оставив прошлое позади.
Прошло несколько месяцев с тех пор, как Наталья продала свою долю в квартире. Деньги она вложила в ремонт своего деревенского дома. Новая крыша больше не протекала, стены заиграли свежими светлыми красками, а в саду появилось уютное место для отдыха с деревянной скамейкой и большим столом.
На удивление, в тишине и уединении Наталья почувствовала себя легче. Боль от семейного разрыва постепенно утихала. Она поняла, что теперь её дом — это не только место, где она живёт, но и символ её свободы.
Мать и сестра какое-то время не выходили на связь. Только через несколько месяцев Наталья получила короткий звонок от матери.
— Здравствуй, Наташа, — голос был напряжённым, но уже не таким обвиняющим, как раньше.
— Здравствуй, мама, — ответила Наталья, стараясь скрыть эмоции.
— Как ты там? Всё ли у тебя в порядке? — Мать пыталась говорить спокойно, будто ничего не произошло.
— В порядке. Спасибо, что спросила. — Наталья сделала паузу, но потом решила спросить напрямую: — Как Вероника?
