Процедура развода прошла на удивление быстро. Прямо как в песне: «без боли, без слёз, без истерик». Ни он, ни его мамочка с папочкой больше не совались. Видимо, дошло.
Анна сидела в кафе, потягивала капучино, в глазах — лёгкость, на лице — то самое выражение, когда ты впервые за долгое время можешь просто молчать, и тебе не говорят: «чё ты молчишь, нормальные люди так не делают.»
— Ну и как ты теперь? — спросила Марина, откусывая круассан как будто мстила ему.
— Прекрасно. Честно. Да, брак распался. Но я, чёрт возьми, себя нашла. Это как… проснуться после тяжёлого сна и понять, что живёшь.
Анна качнула головой, глядя в окно, где кто-то спешил, ругался в наушники и тащил собаку, которая упёрлась в землю, как танк.
— Жалею только об одном, — она повернулась к подруге и рассмеялась. — Что не выгнала их раньше. На пару лет так, минимум.
Они рассмеялись. А Анна подумала: жизнь — она как шкаф из IKEA. Сначала всё непонятно, потом всё тяжело, а потом вдруг — оп, и полка стоит. Главное — выбросить лишние детали.
