— Аня, ты меня слышишь? Я приеду завтра утренним поездом! — голос свекрови в телефонной трубке звучал как приговор.
Анна Сергеевна замерла с недомытой тарелкой в руке. Кухонный кран продолжал бежать, разбрызгивая капли на её домашний халат.
— Ольга Ивановна, мы не готовы к вашему приезду. У нас… — она судорожно искала причину, но в голове было пусто.
— Что значит «не готовы»? — в голосе свекрови зазвенел металл. — Я еду к собственному сыну и внуку на Рождество! Что тут готовить?
Анна выключила воду и прислонилась к кухонной тумбе. За окном падал мокрый январский снег. Две недели новогодних праздников, которые она планировала провести в тишине с мужем и сыном, рассыпались как карточный домик.
— Конечно, мы будем рады вас видеть, — солгала она, сжимая трубку до побелевших пальцев. — Просто предупредили бы заранее…
— Я же не в Америку еду, а к родному сыну! — отрезала Ольга Ивановна. — Встречайте в девять на Московском вокзале!
В трубке раздались короткие гудки.
Анна бросила тарелку в раковину и вышла в коридор. Их маленькая двухкомнатная квартира вдруг показалась ей клеткой. Свекровь снова приедет, будет командовать, критиковать её готовку, её методы воспитания Ванечки, её работу…
— Серёжа! — позвала она мужа, который смотрел футбол в комнате. — Твоя мать завтра приезжает!
— Отлично! — отозвался Сергей, не отрываясь от экрана. — Давно её не видели.
Анна закрыла глаза. Конечно, для него это «отлично». Это не ему придётся готовить завтрак, обед и ужин на четверых, стирать дополнительное постельное белье, выслушивать советы о том, как правильно жить.
— Нужно всё убрать, — сказала она вслух, скорее себе, чем мужу. — И где она будет спать?
— Ванечка поспит с нами, а мама — в его комнате, — беспечно отозвался Сергей, когда на экране что-то произошло, и он радостно вскрикнул.
Анна посмотрела на часы. Почти десять вечера, а завтра к девяти нужно быть на вокзале. И ещё рабочий день — последний перед каникулами. Хорошо хоть с детьми занятий нет, только педсовет.
В детской Ванечка уже спал, свернувшись калачиком и обняв плюшевого медведя. Анна присела на край кровати и погладила сына по волосам. Завтра его мир тоже перевернётся. Бабушка будет пичкать его конфетами, дарить игрушки и рассказывать, какая он умница, не то что эти современные дети.
Анна начала собирать разбросанные игрушки. В тридцать лет она чувствовала себя маленькой девочкой перед приездом строгой учительницы. И это при том, что сама была учительницей начальных классов уже восемь лет.
— Мама? — сонно пробормотал Ванечка, приоткрыв глаза.
— Спи, малыш. Завтра бабушка приезжает, — тихо сказала Анна.
— Бабушка? — лицо мальчика просветлело. — Которая конфеты привозит?
— Она самая, — улыбнулась Анна и поцеловала сына в лоб. — Спи.
Московский вокзал гудел как растревоженный улей. Анна с Ванечкой ждали у информационного табло, переминаясь с ноги на ногу от холода.
— А папа почему не приехал? — спросил Ванечка, натягивая шапку на уши.
