— Записывать? — Оля замялась. — Это же… не совсем честно.
— Оля, — Катя вздохнула. — Честно — это когда все уважают твои границы. А твоя свекровь, похоже, этого не делает.
Оля кивнула, хотя Катя её не видела. Она чувствовала себя загнанной в угол, но слова подруги придали ей решимости. Она не позволит отобрать у себя то, что принадлежит ей по праву.
Следующие дни прошли в напряжённой тишине. Артём старался избегать темы квартиры, но Оля замечала, как он нервничает, когда звонила его мать. Галина Ивановна приходила ещё дважды, каждый раз с новыми аргументами: то говорила о «будущем их семьи», то намекала, что Оля «слишком эгоистична».
— Я же не для себя стараюсь, — сказала она как-то за чаем, глядя на Олю с укором. — Для Артёмки. Для ваших будущих детей.
— У нас пока нет детей, — холодно ответила Оля. — И если будут, я сама решу, что для них лучше.
Галина Ивановна поджала губы, но промолчала. А Оля почувствовала, как внутри растёт уверенность. Она больше не собиралась отступать.
Но настоящий поворот случился через неделю, когда Оля случайно подслушала телефонный разговор свекрови. Галина Ивановна стояла на балконе их квартиры, думая, что её никто не слышит.
— Да, я уже почти договорилась, — говорила она, прикрывая рот рукой. — Квартира хорошая, за неё дадут прилично. Главное, чтобы эта девчонка не упёрлась. Если Артём надавит, она согласится.
Оля замерла, чувствуя, как кровь стынет в жилах. Она тихонько отступила в коридор, чтобы свекровь её не заметила. Сердце колотилось так, будто хотело выпрыгнуть из груди.
— Продать? — прошептала она, когда Галина Ивановна ушла. — Она хочет продать мою квартиру?
Оля тут же набрала Катю.
— Она говорила с кем-то по телефону, — выпалила Оля, едва подруга сняла трубку. — Сказала, что почти договорилась о продаже!
— Спокойно, — Катя говорила твёрдо, как всегда, когда дело касалось работы. — Это серьёзно. Нужно выяснить, с кем она говорила и что замышляет. Ты можешь ещё раз с ней поговорить? Запиши разговор, как я тебе советовала.
— Я попробую, — кивнула Оля, хотя внутри всё дрожало.
Вечером, когда Артём вернулся с работы, Оля решилась на серьёзный разговор.
— Артём, — начала она, стараясь говорить спокойно. — Ты знал, что твоя мама хочет продать мою квартиру?
Он замер, держа в руках бутылку воды.
— Что? — переспросил он, и в его голосе было столько удивления, что Оля почти поверила ему.
— Я слышала, как она говорила по телефону, — продолжала она. — Что-то про то, что квартира хорошая и за неё дадут прилично. И что ты должен надавить на меня, чтобы я согласилась.
— Оля, клянусь, я ничего не знал, — сказал он, ставя бутылку на стол. — Она мне ничего такого не говорила.
— Тогда почему она так уверена, что ты на её стороне? — Оля посмотрела ему прямо в глаза. — Артём, я устала быть между вами. Это моя квартира. Моя. И я не позволю никому её отобрать.
Он молчал, глядя на неё, а потом вдруг шагнул вперёд и обнял её.
— Прости, — прошептал он. — Я поговорю с ней. Обещаю.
