— Спасибо, — я улыбнулась, поправляя выбившуюся прядь волос. — Хотела выглядеть особенно для нашего праздника.
Я выбрала красное не случайно. Мне нужна была уверенность, а этот цвет всегда придавал мне сил.
Сергей выглядел расслабленным и довольным. Он рассказывал о новой сделке, о планах на отпуск в Италии, о том, как «теперь, когда все формальности улажены», мы можем спокойно строить будущее.
— Ты сегодня молчалива, — заметил он наконец, когда принесли горячее. — Всё хорошо?
— Просто думаю о нашем договоре, — ответила я, отпивая вино.
— О, брось, — Сергей отмахнулся, — это просто бумажка. Забудь о ней.
— Но ты сам говорил, что это важно.
— Важно то, что теперь ты под моей защитой, — он накрыл мою руку своей. — Я всегда буду заботиться о тебе, Ира.
Восемь лет назад эти слова заставили бы моё сердце трепетать. Сейчас они звучали как насмешка. Меня поразило, с какой лёгкостью он произносит их, зная, что обманул меня.
— Я подписала брачный договор, — медленно произнесла я, глядя ему прямо в глаза. — Но не тот, который ты подложил.
Лицо Сергея дрогнуло. Всего на мгновение — любой другой на моём месте не заметил бы перемены. Но я знала каждую его черточку, каждую микроэмоцию.
— О чём ты говоришь? — его голос звучал почти естественно, но правый уголок губ едва заметно подрагивал. Верный признак того, что он нервничает.
— О подмене документов, Серёжа. Очень неумелой подмене, надо сказать.
— Ирина, ты выпила лишнего? — он попытался перевести всё в шутку, но я видела, как побелели костяшки его пальцев, сжимающих вилку.
— Я получила заверенную копию договора у нотариуса. Там нет ни слова о совместно нажитом имуществе. По этому договору я теряю даже квартиру, доставшуюся от родителей.
— Абсурд какой-то, — Сергей начал злиться. Это был его защитный механизм — когда он чувствовал угрозу, то переходил в наступление. — Ты подписала то, что мы обсуждали.
— Нет, — я покачала головой. — Я подписала договор на твоих глазах, но потом заменила его копией настоящего соглашения, которое ты отказался предоставить. Просто ты был так уверен в моей наивности, что даже не посмотрел на подпись.
Я достала из сумочки сложенный лист и положила перед ним. Сергей уставился на бумагу, не решаясь прикоснуться к ней.
— Ты блефуешь, — прошептал он, но в его глазах мелькнул страх.
— Позвони своему юристу. Спроси, какой документ зарегистрирован. Только не здесь — выйди. Я подожду.
Сергей резко встал, опрокинув бокал с вином. Тёмно-красная жидкость расползлась по белоснежной скатерти, как кровь.
Я смотрела ему вслед и чувствовала странное спокойствие. Впервые за долгое время я снова контролировала свою жизнь.
Судебный коридор пропах канцелярией и чьими-то дешёвыми духами. Людей было немного — обычный вторник, мелкие тяжбы. Мое дело тоже считалось таким — обычный брачный договор, обычные супружеские разборки.
— Не нервничай, — Лариса поправила мне воротник блузки. — У нас железные доказательства.
