— Ну что ты, деточка, я ничего для себя не хочу! Я о вас думаю! Вот смотри: у вас с Пашенькой пока детей нет, живёте вы тут, со мной. А что если квартиру ту сдавать? Денежки бы в семью шли. Или продать её, а на эти деньги Пашеньке бизнес открыть! Он же у меня талантливый, просто возможности не было проявить себя!
Марина невольно хмыкнула. Талантливый Пашенька работал менеджером среднего звена в конторе своего приятеля и за пять лет не поднялся ни на одну ступеньку. Зато исправно приносил зарплату маме, которая решала, на что её потратить.
— А оформить надо будет на Пашу, конечно, — продолжала свекровь, уже не скрывая своих истинных намерений. — Мужчина же глава семьи! Да и вообще, правильнее будет. А то мало ли что… Вдруг разведётесь, а квартира-то при тебе останется. Нехорошо это.
Вот оно. Карты на стол. Марина даже не удивилась. Она знала, что рано или поздно этот разговор состоится. Просто не думала, что так быстро.
— Паша, — она обратилась к мужу, игнорируя свекровь. — Ты что обо всём этом думаешь?
Он наконец поднял глаза. В них была такая тоска, такая безысходность, что Марине на мгновение стало его жаль. Почти.
— Мам права, Марин, — пробормотал он. — В семье всё должно быть общее. И потом, квартиру же действительно можно выгодно использовать…
— Использовать, — повторила Марина. — Выгодно. Понятно.
Она сняла фартук, аккуратно повесила его на крючок и направилась к выходу из кухни. Зинаида Павловна преградила ей путь.
— Ты куда это собралась? Мы ещё не договорили!
— Мы уже договорили, — спокойно ответила Марина. — Вы высказали своё мнение, я его услышала. Теперь извините, мне нужно собираться на работу.
— Да как ты смеешь! — взвизгнула свекровь. — Да я тебя в этот дом привела! Я вас кормлю, пою! А ты неблагодарная!
— Стоп, — Марина подняла руку. — Давайте по фактам. Я живу в этом доме и плачу половину коммунальных платежей. Продукты покупаю я. Готовлю я. Убираю я. Так кто кого кормит?
Лицо Зинаиды Павловны стало багровым. Она открыла рот, чтобы выдать очередную тираду, но Марина её опередила:
— И знаете что? Я устала. Устала от вашего контроля, от ваших манипуляций, от того, что вы превратили моего мужа в безвольную амёбу. Квартира записана на меня, и так останется. Это моё наследство, моя память о бабушке, и я не позволю вам её обгадить своими грязными ручонками.
— Паша! — взвыла свекровь. — Ты слышишь, как она со мной разговаривает? Твоя жена оскорбляет твою мать!
Павел встал, и Марина на секунду подумала, что он наконец проявит характер. Но нет.
— Марин, ну извинись, — пробубнил он. — Ну что ты правда…
— Извиниться? — Марина рассмеялась, и от этого смеха Павел попятился. — За что? За правду? Знаешь что, дорогой муж? Я лучше вот что сделаю.
Она достала из кармана телефон и начала набирать номер. Зинаида Павловна насторожилась.
— Ты кому это звонишь?
