— Формально — да. Но знаешь, что сказала мне бабушка перед смертью? «Мариночка, если муж не защищает тебя от своей семьи, он не муж, а так, недоразумение». Я тогда обиделась, думала, она не понимает. А она всё прекрасно понимала.
Зинаида Павловна вцепилась в руку сына:
— Пашенька, не пускай её! Она же с твоими деньгами уходит!
— С какими моими деньгами? — удивилась Марина. — Я забираю только своё. Свои вещи, свои документы, свои сбережения. Ах да, чуть не забыла.
Она сняла с пальца обручальное кольцо и положила его на тумбочку в прихожей.
— Это ваше. Можете следующей невестке подарить. Если найдёте дуру, которая согласится жить с вами под одной крышей.
— Ты пожалеешь об этом! — крикнула ей вслед свекровь. — Одна ты пропадёшь! Никому не нужна будешь!
Марина обернулась в последний раз:
— Знаете, Зинаида Павловна, лучше быть одной, чем с вами. А насчёт «никому не нужна»… Это мы ещё посмотрим.
Она вышла из квартиры, и звук захлопнувшейся двери показался ей самой прекрасной музыкой на свете. Спускаясь по лестнице, она услышала, как наверху начался скандал. Свекровь орала на сына, тот что-то оправдывался. Обычная история в их семье. Только теперь без неё.
На улице светило солнце. Марина остановилась, подняла лицо к небу и глубоко вздохнула. Воздух показался ей необычайно свежим, чистым. Воздух свободы.
Она достала телефон и набрала номер подруги:
— Ленка? Привет! Помнишь, ты говорила про вакансию в вашей фирме? Да, ту самую, с высокой зарплатой. Я передумала. Хочу попробовать. Когда можно прийти на собеседование?
Пока она разговаривала, телефон завибрировал от сообщений. Павел. Она не стала читать, просто отправила его номер в чёрный список. Следом туда же отправился номер свекрови.
Через час она уже стояла на пороге бабушкиной квартиры. Солнечные лучи играли на паркете, из окна был виден парк, где они с бабушкой любили гулять. На стене висела её фотография — красивая женщина с умными глазами и лукавой улыбкой.
— Спасибо тебе, бабуля, — прошептала Марина. — Ты была права. У женщины должен быть свой угол.
Она поставила чемодан и пошла на кухню. Там, в буфете, всё ещё стоял бабушкин любимый сервиз — тонкий фарфор с золотой каёмкой. Марина заварила чай, налила в изящную чашечку и села у окна.
Телефон снова завибрировал. Незнакомый номер. Она нехотя ответила:
— Марина Сергеевна? — раздался мужской голос. — Это Андрей Петрович, юрист вашей бабушки. У меня для вас есть ещё одно письмо от неё. Она просила передать его через месяц после оформления квартиры. Когда вы сможете подъехать?
Марина улыбнулась. Бабушка всегда любила сюрпризы.
Через два часа она сидела в кабинете пожилого юриста и читала бабушкино письмо:
«Мариночка, солнышко моё! Если ты читаешь это письмо, значит, квартира уже твоя, и, надеюсь, ты в ней живёшь. Одна. Да-да, не удивляйся. Я прекрасно знала, что произойдёт, когда твоя свекровь узнает о наследстве. Эта алчная баба с первого дня точила зубы на всё, что можно урвать. А твой Павлик… Прости, детка, но тряпка он, а не мужик.
