Потом всё исчезло. Сначала мама, потом Вадим. И вместе с ними — радостное ожидание дня, в который все любящие подтверждают, что нужна.
Отец поручит секретарю купить подарок — у него её день рождения записан в ежедневнике. Но какой-то фальшивый праздник, если на нём нет никого, кто любит.
— Юль! Это правда? Неужели смог найти?
На неё во все глаза смотрел белокурый сероглазый молодой мужчина.
— Вадька! Как здесь оказался?
— Отец сказал, что вышла замуж, даже фотографии прислал. А я поверил. Хорошо сработано в фотошопе.
Вадим показал переписку с отцом. Юля начала понимать, почему тогда срочно понадобилось поменять компьютер и переустановить программы. Отец не хотел, чтобы она общалась с Вадимом.
— Но почему? Тётя стала успешной женщиной, в чём проблема?
— Из-за бабули. Она пригрозила отцу, что всё расскажет о твоей матери.
Пошли в кафе и проболтали два часа, даже не заметили.
Оказывается, Нина Ивановна всё время знала о местонахождении мамы и сестры, помогала им. И деньги от продажи украшения тоже отдала маме.
— Мне повезло — сделали операцию за государственный счёт, хотя говорили, что надежды нет, — признался Вадим.
— И знал?! — с укором посмотрела Юля.
— Нет, не смог бы промолчать. Серьёзно. Бабушка призналась только год назад, перед самой… попросила заботиться о Вере и Людочке.
— Значит, у меня родилась сестра! — обрадовалась Юля.
— Да, ей сейчас девять лет. Вот только… — Вадим потупился и покраснел. — Прости, подвёл. После того как бабушки не стало, полгода не выходил на связь с Верой — никак не мог пережить утрату. Надеялся, что дал достаточно денег. А когда спохватился, узнал, что мама… — голос дрогнул. — Люду отдали в детдом.
— Что случилось с мамой?! Как так?!
— Утонула во время водной экскурсии. Не знаю, зачем туда поехала — очень странно. Узнал из новостей.
— Но ведь не поздно удочерить сестрёнку! Всё будет в порядке! — начала трясти Вадима за плечи. — Сейчас же поехали искать!
— Прости, но она сбежала. Не поладила с другими детьми. Подали в розыск.
Вадим выглядел подавленным.
— Да как мог?! — отвесила ему пощёчину.
Сейчас Вадика совсем не было жаль. Явился, чтобы растравить душу — сказать, что всё могло быть, а теперь ничего нет.
— Зачем так? Мы же есть друг у друга, — тихо сказал он.
— Никаких «мы» нет! И очень хорошо, что отец соврал! А знаешь, я тебя никогда не любила, а тогда просто соврала!
Юля сама не знала, зачем несёт этот бред. Было очевидно, что он всё ещё единственный, за кого бы вышла замуж. И Вадим не виноват, что так получилось с семьёй.
— Прости меня. Постараюсь что-нибудь выяснить и позвоню. И лучше не говори отцу о встрече.
Вадим оплатил счёт и растворился. А она всё ещё видела его дрожащие побелевшие губы, трясущиеся руки и красные пятна на лице.
Стало очень стыдно. Выгнала последнего человека, которому на неё не всё равно.
Двадцатипятилетие было на редкость грустным. Юля никого не стала приглашать. Отец уехал с очередной любовницей, утром вручив дорогой подарок и крупную сумму.
