И он оказался прав. Следующие несколько месяцев превратились в настоящую войну. Людмила Петровна использовала весь арсенал манипуляций. Сначала обиделась и перестала звонить. Потом начала жаловаться родственникам, какой у неё неблагодарный сын и какая ужасная невестка. Потом симулировала болезнь, надеясь, что Павел прибежит и будет просить прощения.
Но молодые держались. Они работали, копили деньги, строили свою жизнь. Без свекровиных советов и указаний оказалось даже легче. Не нужно было каждое решение согласовывать с Людмилой Петровной, выслушивать её мнение по любому поводу.
Через полгода они накопили половину суммы. Марина действительно взяла подработку — писала статьи для нескольких сайтов по вечерам. Павел тоже не отставал — брал сверхурочные, искал дополнительные проекты.
— Знаешь, — сказал он как-то вечером, — а ведь мама была отчасти права.
— В чём? — насторожилась Марина.
— В том, что жизнь непредсказуема. Мы действительно можем потерять работу, случиться может всякое. Но…
— Но?
— Но это не значит, что нужно отдавать свою жизнь под чужой контроль. Это значит, что нужно учиться справляться с трудностями. Вместе. Самостоятельно.
— Мудрые слова, — улыбнулась Марина. — Тебя прямо не узнать.
— Это ты меня таким сделала. Заставила повзрослеть.
— Я? Я просто хотела жить своей жизнью. Нашей жизнью.
Через восемь месяцев они собрали всю сумму. Марина сама съездила к свекрови и вручила ей конверт.
— Вот ваши сто тысяч, — сказала она. — С процентами, как в банке. Теперь мы квиты.
Людмила Петровна взяла конверт, но смотрела не на деньги, а на невестку.
— Ты думаешь, дело в деньгах?
— А в чём же?
— В том, что ты отняла у меня сына.
— Я не отнимала. Я просто стала его женой. А он стал моим мужем. Это естественный ход вещей.
— Естественный? Разрушить семью — это естественно?
— Людмила Петровна, — Марина села напротив свекрови. — Давайте говорить честно. Вы не хотите помогать нам. Вы хотите управлять нами. Контролировать каждый наш шаг. Решать, как нам жить, что покупать, когда заводить детей. Но мы не марионетки. Мы живые люди со своими желаниями и планами.
— Планами? Какими планами? Жить в ипотечной квартире и считать копейки?
— Если нужно — да. Но это будут наши копейки в нашей квартире. Мы сами будем принимать решения и сами отвечать за последствия. Без подстраховки в виде мамы.
— И когда наступят эти последствия, не приходите ко мне!
— Не придём, — спокойно согласилась Марина. — Но знаете что? Я думаю, мы справимся. Потому что мы команда. Мы доверяем друг другу и поддерживаем друг друга. А это дороже любых денег и квартир.
Она встала, собираясь уходить, но у порога обернулась.
— И ещё. Когда у нас появятся дети — а они обязательно появятся — вы будете желанной бабушкой. Если захотите. Но бабушкой, а не второй мамой. Бабушкой, которая балует внуков и рассказывает им сказки. А не той, что учит их жить.
Людмила Петровна ничего не ответила. Но Марина видела в её глазах что-то похожее на уважение. Может быть, даже на понимание.
