— Паша, речь не о том, чтобы отказать твоей маме в помощи. Речь о том, что ты принял решение, которое касается нас обоих, не посоветовавшись со мной. И потом — детская комната? Серьёзно?
— А где ещё? До родов ещё четыре месяца, комната всё равно пустует…
— Там вещи для малыша! Кроватка, которую мы неделю выбирали! Комод, который ты сам собирал!
— Можно временно перенести в нашу спальню или в гостиную…
Марина не дала ему договорить, резко взмахнув рукой.
— Нет, Павел. Просто нет. Это наш дом, наша квартира. И будущая детская — это святое. Я не позволю превращать её в гостевую комнату.
В этот момент дверь спальни распахнулась, и на пороге появилась Галина Петровна. На её лице читалось недовольство.
— Я всё слышу, между прочим! Марина, милочка, не надо из меня делать незваного гостя. Я мать Павла и бабушка вашего будущего ребёнка. Имею полное право находиться здесь.
Слово «право» прозвучало как удар хлыста. Марина выпрямилась, глядя свекрови прямо в глаза.
— Галина Петровна, никто не делает из вас незваного гостя. Просто хотелось бы, чтобы такие вопросы решались заранее, а не ставили перед фактом.
— Ой, да что тут решать-то? — отмахнулась свекровь. — Родному сыну мать приютить — это ещё и обсуждать надо? В наше время такие вопросы вообще не стояли. Семья есть семья.
Она повернулась к Павлу:
— Сынок, отнеси уже мои вещи, а то спина болит стоять. И скажи своей жене, чтобы не дулась. Некрасиво это.
С этими словами Галина Петровна удалилась на кухню, откуда вскоре донёсся грохот кастрюль и недовольное бормотание о том, что «молодёжь нынче готовить не умеет».
Павел встал, избегая смотреть на жену.
— Марин, ну пожалуйста. Это всего на пару недель. Потерпи, а?
Он вышел из спальни, оставив Марину одну. Она медленно опустилась на кровать, положив руку на округлившийся живот. Малыш внутри зашевелился, словно чувствуя мамино волнение.
— Всё будет хорошо, солнышко, — прошептала она. — Мама что-нибудь придумает.
Следующие дни превратились в настоящее испытание. Галина Петровна обосновалась в квартире так основательно, словно жила здесь всегда. Она переставила посуду на кухне «как удобнее», перевесила полотенца в ванной, даже переложила продукты в холодильнике по своей системе.
— Марина, милая, ты неправильно хранишь мясо. Оно должно лежать на нижней полке, а не в морозилке. От заморозки все витамины уходят, — наставительно говорила свекровь, перекладывая купленную Мариной курицу.
— Галина Петровна, но мы покупаем мясо впрок, на неделю. Без заморозки оно испортится.
— Вот в этом и проблема современной молодёжи! Надо каждый день свежее покупать, как я. Тогда и готовка вкуснее, и здоровье крепче.
Марина прикусила язык. Спорить было бесполезно — Галина Петровна всегда оставалась при своём мнении.
Но хуже всего было то, что свекровь принялась обустраивать детскую комнату под себя. Кроватку она разобрала и поставила в коридор («Мешается она мне, упаду ещё ночью»), комод передвинула и заставила своими вещами, а на стены развесила свои фотографии в рамках.
