— А почему ты не берешь с собой кофту? Ту, зеленую, которую я тебе связала?
Кофта была колючая, старомодная, ну зачем она Юле в городе?
— Баб, и так места в сумке не хватает, — оправдывалась она.
— Ну ладно, — вздохнула бабушка. — Ладно…
В городе Юле понравилось. Сначала было страшно и непонятно, но потом она привыкла, к тому же работа ей нравилась, у Игоря тоже все получалось, появились друзья, интересный досуг — ходили в кино и на танцы, гуляли по ночному городу и ходили в гости. Сначала снимали комнату, но вскоре смогли позволить себе и квартиру. Юля каждый день радовалась тому, что не нужно топить печку, не нужно носить воду из колонки, что есть горячая вода и ванная… Не было только бабушки, по которой она всегда скучала.
Первое время Юля пыталась ей звонить, но бабушка плохо слышала, говорить было невозможно. Когда случались длинные выходные, она сразу ехала ее навестить, но случалось это редко.
Однажды на их пороге появилась Танька.
— Привет! Приютите на недельку?
Отказать подруге она не могла и в испуге покосилась на Игоря. Он только пожал плечами — надо, так надо.
Оказалось, Таня тоже решила перебраться в город, в деревне женихов не хватало, а тут-то наверняка море! Сейчас найдет работу, снимет комнату… Юля была рада за подругу и принялась помогать ей в осуществлении плана.
Неделя затянулась на две, потом на три. Работу Таня нашла не сразу, а когда нашла, денег уже не осталось. На что снимать комнату? Нужно было ждать зарплату. Но Юля была только рада — с Таней ей всегда было весело.
— Наверное, поеду на майские домой, — мечтательно произнесла Юля. — Так по бабушке соскучилась.
Таня удивленно округлила глаза.
Подруга зажала рот ладошками.
— Говори! — испугалась Юля.
По лицу Тани побежали слезы.
— Ее похоронили месяц назад. Я думала, ты просто не смогла приехать…
Юле показалось, что она летит в глубокую яму, пытается найти хоть какую-то опору, но не может.
На работе вошли в ситуацию, отпустили ее. Она не знала, зачем едет, ведь бабушки все равно больше нет. Но она не могла в это поверить, нужно было самой в этом убедиться, сходить на могилу, выяснить, почему никто не потрудился ей сообщить о смерти бабушки.
Отец, как обычно, был пьян. Марина на удивление тоже.
— Тетя Марина! — удивилась Юля. — Ну как же так! У вас же язва, нельзя!
Напрасно она ругалась с ними, вопрошала, плакала… Все было без толку.
— У меня твоего телефона не было, — огрызнулся отец. — Сама нас бросила, а теперь строит из себя…
Несколько часов проплакала она на кладбище, сидя у бабушкиной могилы — просила прощения, жаловалась, напоминала, что бабушка обещала, что всегда будет рядом. По сути, она же была ей как мать.
В доме бабушки было грязно и темно, привычно пахло лавандой и отваром шиповника. Юля забрала фотоальбом, бабушкину шкатулку с разными мелочами — брошками, медалью труженицы тыла, янтарными бусами. Она уже собиралась уходить, когда вспомнила про то, что хотела забрать свое желтое платье, которое забыла в прошлый раз.
