Он потянулся, расправляя плечи и спину. Сел, наблюдает за удочкой. Ему показалось, что клюет. Он дёрнул удилище, но леска зацепилась. Чертыхаясь, он зашёл в воду почти по пояс. Темно, ничего не видно.
Вышла полная луна. Стало светло и спокойно. Лунная дорожка осветила удочку. Он убедился, что с леской всё в порядке и собрался выходить из воды. Но, внезапно заметил на воде две тени: его и ещё чья-то, огромная. Страх сковал тело. Он пытается обернуться, но не может. Его колотит.
— Семён! — пытается он кричать, но вырывается только хриплый шёпот, — Семён!
Олег боится выйти из воды. Друг его не слышит. Так он стоит больше часа. Стоит, как столб. Ноги окоченели, всё тело от холода и страха сковало. Наконец, поднялся ветер. Он принёс толи вой, толи шум деревьев.
Олег так ослаб, что упал в воду. Очнулся. Захлёбываясь и барахтаясь, выходит на берег. Снова пытается звать друга на помощь, но теряет сознание и падает на песок.
Очнулся от первых лучей солнца, что бьют прямо в лицо. Жмурится и встаёт.
— Семён! — кричит он.
Из кустов раздаётся раздражённый голос Семёна:
— Чего орёшь?! Всю рыбу распугаешь. Сейчас самый клёв.
Наконец показался довольный Семён. Он несёт полное ведро рыбы и удочку. Заглядывает в пустое ведро Олега и смеётся:
— Ну, и рыбак из тебя! Ты, что проспал весь клёв? Ладно, идём домой. Ты весь трясёшься.
— Замёрз, — поясняет Олег.
Вошли в калитку. Из открытого окна вкусно пахнет стряпнёй бабы Насти. Семён подошёл к крыльцу и вдруг встал. Его лицо перекосило от злобы.
— Ты чего, Сёма? — спрашивает Олег.
— Ничего. Так, живот прихватило, — отвечает он через зубы. — Возьми рыбу! Неси домой, а я ещё по делам в деревню схожу.
Олег удивился, но забрал рыбу и вошёл в дом. Его с порога встречает встревоженная баба Настя:
— Олег! А где Семён? С ним всё в порядке?
— Да, — отвечает он, — вот рыба. Он по делам пошёл, скоро вернётся.
Олег завтракает блинами со сметаной и слушает бабу Настю. Настасья Никитична чистит рыбу и рассказывает деревенские новости.
— Ох, ох, — вздыхает она, — давеча ночью опять семью сгубил супостат. Но я свой дом защитила. Ещё на утренней зорьке ходили с Макаровной в соседнюю деревню за святой водой. Отец Иосиф нас причастил и воды дал. Так я, как пришла, всё внутри окропила, а остальное на порог вылила, как батюшка велел. Теперь нечисть в дом не попадёт.
— Надеюсь, — соглашается Олег, уплетая блины и запивая их душистым чаем. — Здорово! Я поем и сразу спать. Семён придёт, пусть меня разбудит, хорошо?
— Ладно, — улыбается баба Настя, — велю разбудить.
Олег лёг на кровать и сразу заснул. Снились кошмары. Он ворочался и бормотал что-то. Проспал весь день и весь вечер. Семён почему-то так и не появился.
Баба Настя встревожено сидит у окна, ожидая любимого внука. «Только бы уберёг господь Сёмушку, — молится она и вздыхает, — храни его боже!»
Олег проснулся. В доме тихо и темно. Луна, как прожектор светит в окно. С улицы слышны тихие шаги и голос Семёна. Олег сел на кровать и уставился в окно. На крыльцо выбежала баба Настя.
