— Алё, Зоя Фёдоровна, это Лера. Здравствуйте. У меня совершенно дурацкий вопрос, и если ответ «нет» — я пойму.
— Говори, Лер. Быстро. Я тут немного занята.
— Можете приютить меня на несколько дней? Такая история… муж выгнал.
— История как история. — равнодушно бросила Зоя Фёдоровна. — Приезжай к восьми вечера, адрес пришлю.
И отключилась. Я посмотрела на телефон, совершенно потрясённая. Ничего себе!
Вызвала такси к половине седьмого — путь был неблизкий, вечером пробки, и захлопнула дверь. В квартиру, в своё замужество. В прошлую жизнь.
Зоя Фёдоровна была уже дома, из кухни доносились ароматы мяса и свежих овощей. Она помогла мне занести чемоданы, показала, где у неё что, и велела приходить на кухню. Когда я вымылась, переоделась в домашнее и пришла, хозяйка уже накрыла на стол. Достала бутылку вина.
— Плакала? — спросила она.
— Над подушками и вазами только.
— Ну, это святое! Но надо прореветься.
— А ты начни говорить, Лер. И сможешь.
Мы ели, пили вино, и я рассказывала. Зоя была права — меня прорвало. Потом, когда я устала жаловаться и реветь, Зоя рассказала о своём муже. Он ушёл от неё к другой, потом пытался вернуться — Зоя не пустила. И со времён развода так и живёт одна.
— Почему? — не поняла я.
— А чего ж не пустили? — раскрыла я глаза.
— Ну, знаешь, милая моя. Мне такой хоккей не нужен. Как я могу на него положиться, если он чуть что хвостом виляет? С таким в разведку не пойдёшь. А нужен такой, с кем можно пойти. Хоть куда можно. Мы иногда ошибаемся с выбором, да и любовь зла. Но… я не хочу быть с предателем. И тебе не советую.
— Да он тоже нашел себе кого-то. Я с ним и не буду. Всё, бросил меня Игорек! Ещё спрашиваю: нашёл кого-то? А он мне: не твоё дело. Как так-то? Столько лет прожили, и не моё?
Я попробовала зареветь снова, но слёз больше не было. Камня не было тоже. Внутри было пусто и тоскливо. Я скучала по своему мужу. И чувствовала, что это только начало.
Зоя будто не слушала меня. Она сказала:
— Вот, когда вернётся твой, тоже подумай, десять раз, надо ли тебе его, такого ненадёжного?
— Да не вернётся. — безнадёжно махнула я рукой.
— Ты работать-то будешь? Я сегодня с начальником про тебя поговорила. Можешь завтра и выходить.
— Правда?! — распахнула я глаза.
— Правда-правда. Чего сидеть? Займёшь мозги работой, быстрее излечишься от своей тоски.
Я была благодарна этой мудрой доброй женщине. И за кров, и за помощь с работой. Но главное, за этот разговор, который помог мне облегчить душу, и поставить на место голову.
Жизнь шла своим чередом. Я работала, сняла комнату. Пошла учиться на дизайнера. С парнями не встречалась — обжёгшись на молоке, как вы сами знаете… иногда мы с Зоей выбирались куда-нибудь в кафе, посидеть девочками. Она говорила мне:
— Лерка, не будь как я! Тоже хочешь просидеть всю жизнь одна? Ты-то чего всех отшиваешь?
— Нет, я одна не планирую. Просто пока всё не моё. Это же чувствуется — моё, не моё. И вам, кстати, Зоя Фёдоровна, тоже ещё не поздно замуж.
