Однажды, в понедельник, Надя пришла на работу мрачнее тучи. Едва кивнув мне, ушла к себе в бухгалтерию, и не высовывала оттуда носа. А я уж начала привыкать, что она постоянно торчит на ресепшен вместе со своими откровениями.
— Марина, где Кузумян? — высунулся из кабинета Жадов, наш генеральный.
— Не видела сегодня! — отрапортовала я.
— Дозвонись! — велел он. — Найди мне его!
Эва как взволновался! Аж из кабинета вылез, чего за боссом отродясь замечено не было. Вообще, он давно внаглую свалил всю работу на Женю, а сам или не появлялся вообще, или сидел в своем офисе, играя в компьютерные игры. Вон, Евгений Давидович не вышел на работу, и сразу паника…
Телефон Жени не отвечал. Я зашла к начальникам объектов и поинтересовалась у них, где Кузумян — никто не располагал информацией. Я уже собиралась пойти и окончательно огорчить Жадова, но тут подумала о Наде. Она так сегодня и не подошла ко мне ни разу, что было очень странно.
— Надя, где Ку… — начала я, заглянув в бухгалтерию, и опешила.
Она сидела и рыдала. Слезы текли в том числе на документы, лежавшие на столе, но Наде, кажется, было плевать. Она вытирала лицо то насквозь мокрым платком, то прямо пальцами. Макияж давно поплыл и вообще уплыл с Надиного лица. В такой печали я её не видела никогда.
— Что случилось? Кто-то умер? — испуганно спросила я, подумав о Жене.
Она помотала головой и выдавила:
— Что? — громко воскликнула я.
Надя подняла голову и зло зыркнула на меня:
— Зайди и закрой дверь.
— Я не могу! У меня там телефон, ты чего?
— А я не могу идти в таком состоянии к тебе на ресепшен.
— Давай поговорим в обед!
— Нет! — в голосе Нади звучало отчаяние. — Нет! Мне надо поговорить! У меня жизнь кончена, а ты о телефоне беспокоишься?
Странно… я всегда думала, что новость о беременности — радостная новость.
Я сбегала к Жадову и сказала ему, что Кузумян пока не нашелся. Шеф затосковал, глядя в окно. От него я побежала снова в офис руководителей объектов, и взмолилась:
— Ребята, посидите за меня на телефоне полчасика! Умоляю. Вопрос жизни и смерти!
— А на свидание пойдешь со мной? — тут же нашёлся хитрый Елизаров.
Он был женат, но ему это не мешало все два года совместной работы пытаться вытащить меня на свидание.
— Ха-ха, очень смешно. — ответила я. — Посидишь, или нет?
Посидеть на телефоне он согласился, но я знала, что тема со свиданием в ближайшие дни снова будет выдвигаться на повестку дня, будь она неладна.
Я вернулась в бухгалтерию, и Надя поведала мне свою печаль. Плакать она не переставала.
— У нас же всё так хорошо было. А тут задержка. Я сначала хотела убедиться. Ну… тест сделала, потом к врачу ещё сходила. Всё подтвердилось. Беременность, девять недель. Я сначала не знала, как к этому относиться — в планах же не было. Но потом подумала: я люблю, и любима. Мы оба свободны. Мне просто нужно скорее сказать Жене, и он будет счастлив. А он… он…
Надя по новой разрыдалась.
